Автор
История о сложных отношениях и скрытых чувствах. Героиня оказывается свидетельницей страстного любовного треугольника, когда чужой мужчина становится центром внимания беременной соседки. В палате разворачиваются события, которые заставляют задуматься о верности, желании и границах...
— А тут вдруг узнал?
Развожу руками, теперь его глаза выжигают во мне сквозные дыры.
— Так ты его любишь? — вопрос выбивает из меня воздух, который и без того со свистом выходит через выжженные отверстия."
"— Тебя это точно не касается, Рустам, — отвечаю сухо, с трудом переводя дыхание. — Ни мои чувства, ни тем более чувства Богдана.
— Касается, — он подходит и хватает меня за локоть, — еще как касается, Соня. Ты не дала мне ни единого шанса. Убежала с Демидом, не дав возможности хоть что-то исправить. Я просил тебя, я готов был ждать, только чтобы ты не бросала меня, не разводилась.
— Еще скажи, что я во всем виновата, — чем больше он распаляется, тем спокойнее становится мне. Напоминание о Лизе и их ребенке действует как ледяной душ.
Отнимаю локоть, Рустам упирается в мой стол.
— Нет, я не перекладываю на тебя свою вину, — качает головой, — но я мог рассчитывать хотя бы на возможность заслужить прощение.
— Прости, — говорю замороженным голосом, я не специально, так само получается, — но у Богдана нет ребенка от любовницы, с которой он мне изменил. У тебя и здесь нет шансов, Рустам.
Он еще несколько секунд продолжает свое файер-шоу, затем отталкивается от стола.
— Тебе следует подготовиться, мы через два дня улетаем. Это достаточно длительная командировка, на неделю если не на дольше. Поэтому ребенка лучше взять с собой. Можно вместе с няней, или можем няню найти на месте. Поездка рабочая, будем обучать ваших инженеров. Все расходы за счет компании, командировочные в размере двойного оклада. Есть вопросы, София?
Похоже, воздух исчезает не только из моих легких, а вообще из атмосферы. По крайней мере, в этой комнате его точно нет. Сжимаю кулаки, но Айдаров уже отходит от стола и берет телефон, который уже добрые пять минут разрывается входящим вызовом.
— Я никуда не поеду, Рустам, — сиплю, но благодарными слушателями служат лишь плотно закрытые за ним двери. И еще мой многострадальный стол, по которому я с силой ударяю ладонями.
***Из кабинета Каменецкого выхожу если не победительницей, то уж точно заняв гораздо более уверенные позиции.
Теперь осталось поговорить с няней. Конечно, я не собираюсь тащить с собой маленького ребенка. Убеждена, Полина Львовна не откажет и побудет с малышкой до конца недели.
Генеральному я объявила, что моя командировка на выходные не распространяется, поэтому если я и полечу, то с условием, что на выходные вернусь обратно.
