Автор
Соня, поглощенная переживаниями об impending разводе своей подруги, не замечает, как нежные прикосновения к ее округлившемуся животиком телосложению превращаются в нечто завораживающее и почти магическое. В этой атмосфере любви и тревоги, где каждый жест кажется вздохом души, Соня погружается в глубины собственной чувственности и иллюзий о будущем....
Растерянно хлопаю глазами, Лиза нехотя соглашается.
— Ладно. Откуда начинать?
— Подробности того, как ты трахалась с Сикорским, можешь опустить. Давай сразу с беременности."
"Дальше я как будто проваливаюсь в липкий густой туман. Хочется выбраться, вдохнуть полной грудью и заткнуть уши, чтобы всего этого не слышать. Но голос Лизы звучит с неумолимой монотонностью, разнося на атомы мой мозг, а саму меня безжалостно размазывая по плитке пола.
— Когда я узнала, что беременная, сразу пришла к Адаму, — говорит Лиза, — но он отказался от ребенка.
— О каком ребенке ты говоришь? — перебиваю ее в полном недоумении. — Ты до этого была беременна от Адама Олеговича?
О том, что Сикорский годился ей в отцы, помалкиваю, поскольку это меня не касается. Демид смотрит на меня с таким видом, как будто я только что объявила себя королевой Атлантиды и спрашиваю, какого цвета шляпку мне стоит сегодня надеть под корону.
С легким опасением во взгляде.
— Сонь, не тупи, — криво щурится, — не было никакой другой беременности. Только одна была.
Ладони вмиг становятся потными, в грудь ударяет жаркая волна.
— Как не было? — в горле вмиг пересыхает. — Значит, Рустам…
— Дальше говори, только ради Бога, не растягивай на три сезона, — недовольно обращается Демид к Лизе. Та хмуро кивает.
— Я рассказала Адаму, что у нас скоро совместный корпоратив намечается.
— Рустам получил хорошую дозу одного крепкого вещества, — вмешивается Демид. — Догадываешься, какого?
Медленно киваю. К сожалению, догадываюсь.
— Этот наркотик стимулирует сексуальное возбуждение и снимает запреты, — Демид смотрит мне в глаза, и мне снова хочется заткнуть уши. Зачем он все это говорит? — А когда Рустам на следующий день приехал сдать кровь на наличие всякой хрени, Сикорский естественно сказала, что все чисто.
— Значит, он подозревал? — сиплю, с трудом выталкивая из гортани звуки.
— Конечно, Сонь. А ты как думаешь? Все, что было в тот день… — Демид запинается, — все не про него, понимаешь? Он выпил всего ничего.
— Между нами почти ничего не было, — подает голос Лиза, — я тебе все наврала. Только то, что он тебе рассказывал про подсобку, но он вообще невменяемый был. А в совсем номере вырубился. Но я бы и не дала, побоялась.
