Автор
Соня, поглощенная переживаниями об impending разводе своей подруги, не замечает, как нежные прикосновения к ее округлившемуся животиком телосложению превращаются в нечто завораживающее и почти магическое. В этой атмосфере любви и тревоги, где каждый жест кажется вздохом души, Соня погружается в глубины собственной чувственности и иллюзий о будущем....
Если бы и хотела, ничего бы длиннее не выговорила. Слишком необычно для меня видеть в чужом незнакомце сходство с совсем еще недавно любимым и родным мужчиной.
Странно, я никогда не чувствовала ничего похожего к Руслану, хотя они с Рустамом близнецы. В детстве братья Айдаровы были как две маленькие копии, но со временем стали отличаться, причем существенно.
Руслан не такой мощный и накачанный как мой муж. Рустам больше времени проводит в спортзале, Руслан явно проигрывает ему в мышечной массе. И по характеру они разные.
Зато когда Демид поднимается из-за стола, я убеждаюсь, что у Рустама со старшим братом не только одинаковый разворот плеч, а и одинаковый рост.
Смелею и рассматриваю его во все глаза, ни капли не смущаясь. Удивительно, как внешне непохожие между собой мужчины могут иметь одинаковую мимику, телосложение, жестикуляцию.
Ах да, еще интонации.
Внезапно на ум приходит Ясмин. Как она все это выдержала? Наивно думать, что я одна такая глазастая.
Представляю, что чувствовала Ясмин все эти годы. И она желала мне такую же участь? Ловить косые сочувствующие взгляды, при этом лгать, чтобы не порочить мужа?
Мороз по коже…
Господи, пожалуйста, пусть у меня будет девочка. Не хочу, чтобы у моего ребенка было что-то общее с сыном Лизы.
Тем временем Демид упирается руками в стол, его взгляд больше не ощупывает меня. Он просвечивает меня насквозь.
— Говори, зачем пришла, Софья Айдарова. Мое время слишком дорого стоит, и у меня его слишком мало. Что ты от меня хочешь?
Делаю глубокий вдох и выдыхаю ответ.
— Я хочу, чтобы вы помогли мне развестись, Демид.
Глава 10
СоняОльшанский отталкивается от стола, огибает его и подходит почти вплотную. Черные глаза впиваются в меня немигающим взглядом, и я чувствую себя попавшей в паутину мухой, на которую оценивающе смотрит хозяин паутины.
Решает, съесть ее сейчас или пусть еще подергается.
И когда вместо того, чтобы впиться в меня жалом, Демид заговаривает, я понимаю, что все это время не дышала.
— Это не ко мне, это к адвокатам, — он разворачивается, давая понять, что разговор окончен, и я инстинктивно хватаю его за рукав.
— Подождите!
Мы вместе изумленно таращимся на мою руку, вцепившуюся в дорогую ткань.
