Автор
В мире, где правда часто обманывает и ускользает из рук, глава Неверный открывается в мрачных закутках и светлых уголках. Сюжет ломается на бесконечных кругах сомнения и доверия, оставляя читателей с открытыми рохотами, дрожащими от незавершенности. Атмосфера — это то непонятное ожидание перемен, которое сквозит каждую страницу, будто неведомая рука манит к переломам и врата, где правда прячется или выходит наружу....
Still burning from the heat of your touch
Know I shouldn't
But it's never enough
Still burning for the heat of the dark
Know I shouldn't
But it's never enough
Я без задних мыслей, честно, просто спешу…
Свет из коридора падает в единственную комнату, и я вижу, как двигается рыхлый голый мужской зад между раскинутых женских ног.
— О черт… — срывается с моих губ.
— Маааакс! — визжит сестра, отпихивая парня.
— Ааааа… Бля, бля… — еще один толчок, явно на пике не так просто остановиться.
Они неловко прерываются, парень пытается натянуть штаны.
Я выключаю свет, но уже слишком поздно: в память врезалась картинка, как бедра этого парня вбиваются в мою родственницу, его трусы с джинсами приспущены до щиколоток, ее комканные трусы валяются на полу.
Послушала музыку, е мое…
Так неловко!
Вытаскиваю наушники.
Рядом со мной останавливается Оксана, сама включает свет. Я бросаю взгляд в коридор, ее перекрученные трусы так и валяются неопрятным комком на пороге в комнату, а Макс пытается застегнуть джинсы.
— Саш, а ты чего так рано вернулась? Я думала, на работе… До утра.
— Сорри, что не предупредила. Я была уверена, что сегодня ты у Макса. Привет, Макс, — киваю ему и прохожу в комнату. — Не обращайте на меня никакого внимания, я быстро.
— Если голодная, там роллы остались… — пытается быть гостеприимной сестра.
Ах вот откуда взялся запах рыбы и вина. У них небольшой романтик, который я прервала вторжением. Но блин… Если бы знала! Оксана говорила, что они сегодня у Макса.
— Нет, я не голодная. На работе перекусила, — вру.
Быстро хватаю рюкзак и забрасываю в него сменное белье, обувь, косметичку, деньги, бутылку с водой и упаковку сухих крекеров. Больше не влезает, надеюсь, этого мне хватит.
Оставаться в городе не стану.
За чужие долги расплачиваться тоже не буду!
Мирасов это просто с потолка взял, сочинил, будто я ему должна.
Расписалась я, конечно… Но левой рукой. Почерк ужасный… Как будто и не мой даже! Пусть докажет, что это написала я.
За спиной шушукается парочка. Максу не терпится закончить, предлагает по-быстрому трахнуться в ванной, Оксана мнется.
— Ты уезжаешь? — удивляется сестра. — Надолго?
— Маму проведать хочу. Дурит снова…
— Пить начала, что ли?
Еще один неприглядный факт: хуже бабы зверя нет. Хуже пьяной бабы — точно. Мама одно время пила, когда папаня свалил. Пила в одиночку.
