Автор
В мире, где правда часто обманывает и ускользает из рук, глава Неверный открывается в мрачных закутках и светлых уголках. Сюжет ломается на бесконечных кругах сомнения и доверия, оставляя читателей с открытыми рохотами, дрожащими от незавершенности. Атмосфера — это то непонятное ожидание перемен, которое сквозит каждую страницу, будто неведомая рука манит к переломам и врата, где правда прячется или выходит наружу....
И кого он там приветствует?!
Зайдя следом, вижу, как покрасневшая Санька диван трет, пропищав едва слышно в ответ: «Здрасьте»
Какого хера, спрашивается, выползла… В душ же хотела!
Нашлась, Золушка, с щеткой в руке.
— Это Рахман, мой брат. Дальний. Родственник. Переночует в доме, завтра уедет.
— Приятно познакомиться.
Рахман внимательно скользит взглядом по девчонке и, не дождавшись ответного приветствия Саньки, утаскивает меня в соседнюю комнату, захлопнув дверь.
— Охренел? — шипит. — Она даже младше моей дочери, а той едва восемнадцать исполнилось…
— Она старше!
— Не пизди.
— Старше, говорю. Я тебе, что, дебил?!
— Дебил или нет, но похоже на то. Документы пусть несет.
— Ты че лепишь тут?
— Документы! — сурово сдвигает брови. — Хочу сам убедиться, что ей восемнадцать.
— Слышь, папаша, ты не там нарезаешь! Какого хера ты вообще лезешь?
— Документы. Или я увожу девчонку.
— Ты на фоне гибели жены слишком сильно в отцовство ударился. Не поздновато?!
Кажется, последнее было сказано зря.
Я по всем слабым местам ударил — и гибель жены, и то, что Рахман был плохим отцом, многое в воспитании дочери упустил.
В ответ он мощно бьет меня по лицу.
У нас горячий взрослый дальний родственник :) за словом в карман не полезет, да и вообще, ох...
Глава 25
Глава 25
Расул
Возможно, мне не следовало говорить так.
Да уж, точно надо было придержать язык за зубами. Семья — больное место Рахмана. Из кожи вон лезет, чтобы добиться расположения дочери, но она уже взрослая и не очень тепло принимает отца, который все время, пока она росла, был где-то там, то в спорте, то в бизнесе… Осесть решил, когда стало слишком поздно, и почти спокойный Рахман вспыхивает, как горючее, если его носом в это ткнуть.
По лицу я получаю качественно. На миг в глазах темнеет, и под скулой нарывает онемением мышц. Но и в ответе не остаюсь.
Какого хрена лезет, спрашивается, ко мне с Сашкой?
Воспитатель нашелся, ага!
Сам пялил, как я девку долблю, и, судя по словам, тоже ей не прочь присунуть, на ночлег напросился.
— Мудак! — выписываю ему в ответ с ноги, сначала обманув, будто на кулаках собираюсь с ним биться.
Знаю же, что на кулаках с ним биться — дохлый номер! Он в этом ас, а у меня ноги длинные и еще не все забыто из прошлого увлечения кунг-фу.
Удар ногой по солнечному сплетению с одновременным блоком ударов руками Рахмана. Это даже заводит: но реакции немного вялые, после секса я разомлел, не то бы уже завершил драку более эффектно.
