Автор
В мире, где правда часто обманывает и ускользает из рук, глава Неверный открывается в мрачных закутках и светлых уголках. Сюжет ломается на бесконечных кругах сомнения и доверия, оставляя читателей с открытыми рохотами, дрожащими от незавершенности. Атмосфера — это то непонятное ожидание перемен, которое сквозит каждую страницу, будто неведомая рука манит к переломам и врата, где правда прячется или выходит наружу....
Осторожно выглянув из-за моего плеча, Саня почти сразу же прячет лицо у меня на груди.
— Блин, у него рожа зверская.
— А у меня?
— У тебя… красиво-зверская, как у хищника.
Нутро довольно распирает.
В целом, я, конечно, не сомневался в собственной привлекательности, потому что знаю, что нравлюсь женщинам до безумия. Но выслушать комплимент от маленькой, забавной кнопки приятно. Неожиданно в стократ сильнее, чем я мог бы представить.
— Поцелуя достойно?
— Что именно?
— Я.
— А надо? Там этот… смотрит, — осторожно стреляет глазками.
— Надо. Вкусный ротик, хочу его. Прямо сейчас…
Я наклоняюсь к зовущим губам и чувствую, как мою шею захлестывают тонкие руки Саньки, пальчики скользят по загривку и так осторожно ласкают, как будто солнце пробирается под кожу ласковыми лучами.
Размыкать век не хочется, разрывать неожиданно сладкий, тягучий поцелуй — тоже…
Девчонка отстраняется первой, испытываю холодок разочарования и немного злости на брата, который курит в дверях.
— Ты еще здесь, что ли? — бросаю через плечо.
Одной рукой вжимаю Саньку в свою грудь, перебирая светлые волосы-паутинки.
— Ага. Я тут на ночь останусь. С вами! — заявляет Рахман.
Прилипала… Не отвертеться.
— Пошли. Надо тебя покормить, — роняю Саше. — У самого аппетит разгулялся.
Подойдя вплотную к Рахману, понимаю, что не только у меня аппетит разгулялся, но и брат вполне себе с интересом Сашку разглядывает.
По-мужски оценивает!
Пиздюк лицемерный, а сам мне что-то про паспорт и возраст толкал. Но наш поцелуй явно перекрыл ему правильный ход мыслей.
— А теперь давай еще раз представься и не пугай девчонку.
— Рахман, — кивает.
— Александра, — складывает руки под грудью и внезапно добавляет ехидно. — Мне два года назад исполнилось двадцать. Но даже если бы это было не так, вас это никак не касается! Или у любителей держать свечку совсем нет совести?!
Я приоткрываю дверь, пихнув Рахмана в сторону, он роняет сигарету и возмущенно смотрит вслед тонкой фигурке Саньки.
— Это что сейчас было?
— Александра тебя пристыдила, брат.
В глазах брата вспыхивают огоньки задора.
— Александра, значит. Что ж, я останусь.
Глава 26
Глава 26
Александра
— Ты как вообще? — интересуется Расул, зажав меня в углу на минутку.
Пальцы мужлана поглаживают спину и мгновенно на попку перебираются. Не может он меня не лапать, видимо, даже когда нормальный вопрос задает, похоть проступает сильнее.
