Невероятная очевидность чуда — это драматическая история о человеке, который стал свидетелем необычайных событий. В непредвиденные моменты жизни он видит то, что другие обычно проходят мимо. Атмосфера книги наполнена сюрреализмом и эмоциями, создавая иллюзию реальности для читателя в мире обычных действий....
– Прервался, скажем так, – внес уточнение в ее формулировку Павел и «плеснул» необоснованного оптимизма: – Но мне хочется надеяться, что я разберусь с вопросом за пару-тройку дней и смогу его продолжить.
– Ты кого сейчас пытаешься обмануть, Пал Андреич, меня или себя? – усмехнулась Ева.
– Себя, – вздохнул он, смиряясь с очевидным.
– Ничего, Пал Андреич, не журись, – подбодрила его Ева, – у нас с тобой случился хороший, насыщенный эмоциями отпуск, с отличной рыбалкой и вполне деловым уловом, с приключениями детективно-шпионской направленности, с твоими индейскими штучками в виде стрельбы перьевой ручкой по движущейся мишени и с великолепным, можно сказать, улетным сексом.
– Отгулять полный срок такого отпуска в тех же духе и интенсивности, – пояснил ей, посмеиваясь, Орловский и вдруг пообещал: – Я напишу тебе и позвоню. Разрешишь?
– А почему нет? – пожала плечами Ева и пообещала: – Буду присылать тебе в ответ эмоджи с розовым единорогом и сердечки с поцелуйчиками.
– Меня порадует даже это, – покивал Орловский, улыбаясь.
Как раз в тот момент, когда они уже закончили завтрак, у Павла пиликнул пришедшим сообщением смартфон, лежавший в кармане, он достал, прочитал текст и поднялся из-за стола.
– Ну все, Евочка, мне пора. Машина подъехала.
– Ну идем, провожу до выхода, – поднялась следом за ним и Ева.
Она не стала выходить на веранду и махать рукой ему вслед, провожала у дверей в прихожей.
– Спасибо тебе за все, Ева, – глядя ей в глаза, от сердца, искренне поблагодарил он и потребовал: – Обещай отвечать на мои звонки и сообщения.
– Обещаю, – дала ему слово Ева.
– Ну все, пока, – чмокнул он ее совсем уж на прощание коротким поцелуйчиком в лоб.
И со всей своей собранной поклажей Орловский переступил через порог, выходя из дома на веранду, а Ева закрыла за ним дверь.
Постояла, прислушиваясь к удаляющимся шагам мужчины, под которыми поскрипывал снег, и одернула себя мысленно, останавливая неожиданный порыв стремительно вбежать на второй этаж и посмотреть из окна кабинета, как он садится в машину и та уезжает, удаляясь.
Отступила от двери и, повернувшись, прошла назад в кухню.
