Автор
В дверях ярмарки в Адриатическом городке стоит неожиданный выбор: быть невестой и принять роль княжны мафии или отказаться и остаться девочкой. Рико Романо, будущий жених, вызывает у меня противоречивые чувства — одновременно вдохновляя и пугая.
Аделина с моей матерью лежат на земле, отец, Стефано и Андреа вместе с Антонио и остальными телохранителями прикрывают их, но у них нет оружия, кроме ножей, которые они, как оказалось, не сдали.
Однако перестрелка заканчивается довольно быстро – те, что поддерживают Чезаре, оперативно расправляются с каждым, так еще и некоторые из членов семьи Романо помогают им в этом. Видя это, Рико шипит проклятья в сторону предателей.
Сам Чезаре с холодным выражением лица оказывается стоящим между мной и Рико.
– Ты должен был сдохнуть! – шипит мой жених, достает нож и пытается встать, но простреленное колено мешает, и он падает обратно на землю.
– Ты недостоин легкой смерти, мразь, – выплевывает Чезаре, прожигая Рико взглядом, полным ненависти. – За то, что ты сделал, даже нескольких дней пыток мало.
Мне кажется, я вот-вот задохнусь от этой клокочущей ярости и желания отомстить. Рвано вдыхаю, пытаясь не потерять сознание. Между мужчинами такая концентрация агрессии, что даже воздух становится более густым и тяжелым.
Ловлю взгляд Чезаре, и на короткое мгновение что-то такое мелькает в его темных глазах.
Наверное, начни он методично истязать Рико, я бы не удивилась – этот приговор читался в каждом движении воскресшего Романо. В мире мафии есть правила, за нарушение которых следует наказание. Выдержу ли я это? Вряд ли.
– Но я не стану марать об тебя руки, – внезапно добавляет Чезаре, снова глядя на моего жениха. – За предательство платят жизнью. Таков закон.
От этих слов у меня желудок скручивает спазмом, хотя я понимаю – другого варианта и не будет.
3 Сандра
Оказывается, может быть что-то страшнее того, чем выйти замуж за Рико.
Например, смотреть в абсолютно черные глаза Чезаре, видеть в них равнодушный холод и чувствовать, что твоя жизнь висит буквально на волоске.
Пару мгновений, и он поворачивает голову к моему отцу и Стефано.
– Полагаю, теперь, когда я вернулся и стал по праву главой Falco Nero, договоренности следует пересмотреть.
Гулкую тишину нарушают лишь тихие всхлипы напуганных женщин. Я бы тоже разрыдалась, если бы могла. Но мое тело будто парализовано. Дуло пистолета все еще у моего виска.
– Ты так уверен, что станешь боссом? – мрачно спрашивает отец Аделины. – Уверен, что семья признает тебя?
– Все, кто не захотят этого сделать, получат пулю прямо здесь, – холодно чеканит Романо.
