Он знал об этом, знал, что их брак недействителен, и потому не предъявлял права на ее тело? Но зачем же тогда надел ожерелье? И почему не снял его, уходя…
Видимо, последний вопрос отразился у нее на лице. Потому что Тессиль внезапно протянул руку и коснулся сверкающей монетки. Ринка много раз пыталась разглядеть, что за узор выбит на них, но так и не поняла.
– Мы договаривались, что я отвечу только на один вопрос, – заговорил Красноволосый, глядя на Ринку с жалостью. – Но так и быть, отвечу и на второй. Это действительно брачное ожерелье, оно принадлежит правящей семье Эльвериолла и не имеет к уркху ни малейшего отношения.
– Что? – она вздрогнула и вскинула на него затравленный взгляд.
– Это парные артефакты, древние и мощные, связывающие членов дома Каламрис с их половинками и дающие им одну жизнь на двоих.
Голос красноволосого эльфа отдалился, его перекрыл назойливый шум, возникший в ушах.
Ринка потрясла головой. Нет, это не может быть правдой. Брент ее обманул. Надел ей на шею брачное ожерелье, чтобы скрепить союз. Только забыл сказать, что они не супруги и никогда ими не будут. Что он спас ее для кого-то другого, не для себя. И что он всего лишь добросовестный исполнитель чужой беспощадной воли.
– Значит, я все-таки замужем? – Она рассмеялась. Тихо, безрадостно. – Только мой муж вовсе не Брент, так ведь?
– И… с кем же я связана?..
– Узнаете, если войдете сюда.
Переступив последнюю ступеньку, Тессиль подошел к дверям, ударил три раза, вслушиваясь в царящую внутри тишину, а потом осторожно толкнул.
Одна створка медленно отворилась, в образовавшуюся щель потянуло запахом лекарственных трав и благовоний.
Ринка пошатнулась, хватаясь рукой за перила.
– Не бойтесь, аэри, здесь вам ничего не грозит, – раздался хмурый голос Лиатанари. Беловолосый аэр сжал ее плечи. – Но вам пора познакомиться с кое-кем.
В комнате было темно и тихо. Так тихо, что Ринка слышала собственное дыхание.
Плотно задернутые шторы, удушающий запах ладана и сандала. Она не сразу поняла, что это спальня. Только когда Тессиль вытянул руку ладонью вверх, и над его пальцами вспыхнуло красноватое пламя.
Магический светлячок разогнал тьму и осветил огромную кровать, стоящую в центре. В такой кровати спокойно могли разместиться десять взрослых мужчин, но сейчас в ней лежал только один.
Ринка увидела изможденное лицо, утонувшее среди взбитых подушек. Бледное, словно морская пена, с глубоко запавшими щеками и заострившимся носом.
Это был эльф.