Но я не могу стать вашей женой… – Она запнулась, чувствуя, как глаза наполняются непрошеными слезами, а сердце сжимается в беспросветной тоске. – Я… я люблю другого…
Стоило этим словам сорваться с ее языка, как девушку накрыла волна облегчения. Словно вместе с признанием она сбросила с себя тяжкий груз.
– Я знаю. – Эльканэ шевельнул рукой в сторону кресла, что стояло почти вплотную к кровати. – Прошу вас… присядьте. Мне тяжело… говорить…
Ринка буквально рухнула в кресло. Ее глупое сердечко колотилось так сильно, что ей казалось, будто весь дворец слышит этот немыслимый грохот.
– У вас свой дар, у меня – свой.
Теперь они были так близко, что девушка могла пересчитать ресницы на глазах эльканэ. А тот смотрел на нее с легкой улыбкой, но за этой улыбкой пряталась обреченность.
– Вы читаете мысли?! – ахнула девушка.
– Дайте мне вашу руку, – прошептал принц.
Ринка вздрогнула, обнаружив, что снова попала во власть его глаз.
– Боитесь? – он понимающе усмехнулся.
Она помотала головой. Ее хрупкие пальчики коснулись его высохшей кисти.
И вновь брачное ожерелье вспыхнуло легким жаром.
– Что это? – свободной рукой Ринка притронулась к шее.
Принц сжал ладонь, беря ее пальцы в плен. У него оказалась сильная хватка, непривычная для такого хрупкого существа.
– Я краду ваши силы.
Эландриль больше не улыбался. Его лицо было серьезным, взгляд – открытым и строгим. И Ринка поняла, что это не шутка и не метафора. Он буквально крадет ее силы.
– Это… опасно? – она покосилась на его руку. Но никакого дискомфорта не почувствовала, только теплую пульсацию ожерелья.
– Для вас – нет. Для любого другого – да.
Он невесело усмехнулся:
– Иногда боги любят шутить. На этот раз они решили связать вас со мной. Вы мой неиссякаемый источник, и я могу бесконечно черпать в вас силу.
– Но почему именно я?
– Это долгая история. Мне тяжело говорить, но Тессиль все расскажет.
Он с сомнением хмыкнула.
Эландриль уже не пугал ее. Наоборот, с ним начали происходить изменения. Сначала губы порозовели, потом появились блеск в глазах и легкий румянец. Вены стали не так заметны, словно кожа уплотнилась. Но голос оставался все таким же тихим, словно эльф говорил через силу.
– Что с вашим голосом?
– Простите, – Ринка почувствовала неловкость.
– Так бывает, если очень долго и громко кричать.
Она ждала, что эльканэ скажет что-то еще, но он замолчал. На секунду сжал ее пальцы сильнее, потом с видимым сожалением отпустил.