Даша открыла глаза и ошеломленно вздохнула — вот так случайно попала в сцену из будущего! Последнее, что она запомнила, — мгновенная реакция аудитории на ее выход на сцену. Но сейчас она здесь, и все вокруг кажется странным, словно волшебное королевство Фараона.
И тут Танеферт запела. Не знаю как, но голос ее лился над рекой, достигая самых берегов. Она пела красивым, чистым, спокойным голосом. И мелодия, и слова, успокаивали и вдохновляли. Это был гимн вечной жизни, гимн Маат, согласно которой все души должны попасть на небесный суд, и никто не может затеряться по пути. Я замерла, заслушавшись. Вместе с песней меня заполняла уверенность, что так и будет. Что нужно лишь немного подождать. Когда песня стихла, я выдохнула и огляделась. Сашка и Ахмес стояли с опущенным мечами и вдохновленными лицами, обращенными к Реке.
— Скучаешь, красавица?
Меня отвлек очень симпатичный и очень длинноволосый парень. Волосы его волнились во все стороны, словно он находился под водой.
— Ты кто такой? — я уже устала удивляться. После толпы мертвецов один живой парень, пусть и слегка прозрачный…
Ну, да, он как будто был не совсем из плоти и крови. Скорее из сгустившегося тумана. Но такой красавчик. С широким лицом, с хитрыми морщинками вокруг глаз и задорными ямочками на щеках.
— Первый из Курчавых, — парень углубил свои очаровательные ямочки и протянул мне руку, — Познакомимся?
— Первый? А сколько вас?
— Четверо.
Как ответ на мой вопрос со всех сторон света задули легкие ветерки. Они ласково проникали под одежду, ласкали кожу. До неприличия приятно. Словно руками трогали. Я инстинктивно одернула платье.
— Не бойся, красавица, — симпатичный нахал мне подмигнул, — Полетаем?
Я не успела ответить. Призрачные руки, совсем с непризрачной силой подхватили меня и понесли прочь от лодки.
— Эй! А ну отпусти! — конечно заорала я.
— Уверена? — он кивнул вниз.
Я проследила за его взглядом и передумала выдвигать требования. Ладья сейчас была не больше карточки сбербанка. Падать долго, а приземляться смертельно. Есть вероятность, что я тут же пополню ряды следовавших за нами неприкаянный ба. Полупрозрачные руки каким-то образом проникли под ткань платья и ласкали грудь.
— Прекрати! Кто ты такой вообще?"
"— Ветер, — он улыбнулся и вдруг накрыл мои губы поцелуем.
