Может, нам приготовили подлянку? Или каждую зону тематически украсили? Как можно вообще украсить красную «зону»?
Воображение пустилось во все тяжкие. Сразу представился красный бархат на спинках диванов, тонкий красный тюль, из которого сделан балдахин просторной кровати… красное кружевное белье, одно из тех, что мне подсунула мадам Дитрих…
— Это ведь ты подставила малышку Аббигейл? — внезапно спросила Леман, заставив вынырнуть из своих… гм… неприличных мыслей.
Приложила ладонь тыльной стороной к пылающей щеке и отрицательно мотнула головой.
— Нет. Зачем бы мне это?
Рыженькая обернулась, бросив хитрый взгляд через плечо.
— Хотя бы потому, что ты не отлипаешь от Адриана. Признайся, что влюбилась в него, словно наивная девчонка. Хотя это странно, ты же ведьма, разве ты не должна его ненавидеть?..
Запнулась о стык кафельных плит и едва не растянулась на полу во весь рост.
Вот так заявление… Я не отлипаю от графа? Влюблена? Ненавидеть? За что я должна графа ненавидеть? Лишь за то, что он инквизитор… Нет, я не испытываю к нему таких чувств. Те эмоции, что я ощущаю рядом с ним, далеки от ненависти и немного меня настораживают…
Нет, категорично отрицать предположение Леман о моей симпатии к графу нельзя, ведь нашей целью было именно это, чтобы все решили, что мы влюблены…
— Даже если так, это не повод вредить злато… Снок, — ровно отозвалась я. — Она сама себе покрасила волосы и обвинила меня.
— Ну конечно, — ни капли не поверив, усмехнулась Леман. — А откуда у нее все эти ведьмовские штучки?
— Ну… я с собой ничего подобного не брала, — с невозмутимой улыбкой парировала и перевела взгляд на стену, считая, что разговор себя исчерпал.
— Почему Де Камелье два раза подарил тебе красную розу? Почему выделил именно тебя? — не сдавалась рыженькая.
— Откуда мне знать? — искренне поинтересовалась я. — Ты для этого меня в пару выбрала, чтобы устроить допрос?
Рыженькая иронично фыркнула.
— Еще чего. Допрос я могу устроить в любое другое время.
— Тогда…
— Все дело в том, что ты умная, с тобой у меня больше шансов выиграть, — снисходительно пояснила она и закатила глаза, мол, это же очевидно.
Даже не знаю, радоваться такой сомнительной похвале или уже начинать бояться?..
Распорядитель расстарался… красная «зона» сильно отличалась от фантазий в моей голове и выглядела жутко.
Красные ленты, привязанные к постаментам, на которых восседали гипсовые горгульи, действительно пугали. Как и лоскуты красной ткани, красные разбросанные по полу конверты и капельки на стенах, что очень напоминали кровь.
— Ну что? Все еще нравится красный? — глухо пробормотала я, озираясь.
— Помолчи, — раздраженно отозвалась Леман и шагнула.
… под туфлей зашелестела бумага.