Автор
В окружении парка и каменных стен Элм-Холла, где она должна была выступить в качестве невесты, но вместо этого — невесты-изменницы, Дьюар стоял неподвижно, глядя на все еще свежую краску, оставленную ее траурным платьем. Ярость кипела в нем, несмотря ни на какие боли и старания скрыть это....
— Прошу прощения, что беспокою вас в столь ранний час, но мне нужна лошадь. Я довольно хорошая всадница, но уже давно не сидела в седле. Не подберете ли мне подходящую лошадку?
Сообразив, что перед ним стоит леди, гостья дома, конюх сорвал с головы шапку.
— У майора… то есть лорда Риса наметан глаз на хороших лошадей. У него есть несколько подходящих меринов. — Конюх несколько растерянно огляделся по сторонам. — Сейчас ужасно рано, мэм. Вы уверены…
— Как вас зовут?
— Моррис, мэм.
Конюх сжимал в руках шапку, и она заметила на тыльной стороне его ладони безобразный шрам, что поднимался по руке вверх и исчезал в рукаве рабочей рубахи.
— Интересно, Моррис, а женское седло, которым я пользовалась много лет назад, сохранилось? Здесь все выглядит, как до ухода лорда Риса в армию.
— Да, мэм. Есть здесь такое, и оно в отличном состоянии. Мы с парнями хорошо заботимся о животных майора и снаряжении.
— Отлично, тогда оседлайте для меня лошадь, и я проедусь.
Моррис покачал головой.
— Нет, мэм. Боюсь, я не могу этого сделать. Если только не поеду с вами. Лорд Рис… он уволит меня, если я позволю даме кататься одной.
Вероятно, конюх был прав. Олдридж-Парк находился не так уж далеко от Брайервуда. Не стоило забывать, что Мейсон рвется взять над Джередом опеку и заполучить его состояние. Вряд ли деверь с легкостью откажется от своей цели.
— Хорошо. Тогда оседлайте одну лошадь для меня и другую для себя.
— Слушаюсь, мэм. Сию минуту.
Рис проснулся ни свет ни заря. Ночь была ужасной, и, вероятно, он это заслужил. Последние два часа он провел в кабинете за изучением «Советов по передовым методам ведения сельского хозяйства», написанных человеком по имени Улисс Маркем. Чтение, мягко говоря, подвигалось медленно.
Проголодавшись, он взглянул на часы и направился в малую столовую. Кухарка знала его привычки. На буфете в разогретой серебряной посуде под крышкой его ждали печеные яйца и колбаса.
— Милорд!
Подняв взгляд, Рис увидел быстро приближающегося Хопкинса. Держа в руке, затянутой в белую перчатку, серебряный поднос, он быстро перебирал длинными тонкими ногами.
— Вот, только что получили. Несколько минут назад. Похоже, из Лондона. Курьер сказал, что это срочно.
Рис взял записку и сломал восковую печать. Письмо было от Трэвиса Грира.
