Автор
В окружении парка и каменных стен Элм-Холла, где она должна была выступить в качестве невесты, но вместо этого — невесты-изменницы, Дьюар стоял неподвижно, глядя на все еще свежую краску, оставленную ее траурным платьем. Ярость кипела в нем, несмотря ни на какие боли и старания скрыть это....
— Со мной все хорошо, — сказала она, сжимая в руках черную шелковую шляпку с узкими полями. — Подвернула лодыжку, когда упала. И все. Я в порядке.
Но выглядела она не лучшим образом. К пышной черной юбке ее амазонки прилипли листья и всякий древесный мусор. В волосах торчали вылезшие наполовину булавки. Выбившиеся из прически тяжелые черные пряди, обрамляя лицо, ниспадали на плечи. Она казалась бледнее обычного.
— Моррис сказал, что в вас стреляли. Вы уверены, что с вами все в порядке?
Элизабет вытянула руку.
— Мою лошадь напугал звук выстрела. Я была к этому не готова. Давно не сидела в седле.
Рис обвел ее взглядом, чтобы убедиться, что она не ранена, но ничего особенного не заметил, если не считать растрепанного вида и необычной бледности.
— Моррис думает, что стрелял браконьер. Вы тоже так думаете?
Элизабет отвела взгляд. Очевидно, нет.
— Вот и я так не думаю.
Он повернулся к конюху, хотел попросить подогнать двуколку поближе, но подошедший Тимоти проворно подхватил Элизабет на руки.
— Я отнесу ее, сэр.
Рис молча кивнул. Его раздражало, что другой человек должен был делать за него то, чего не мог сделать он сам — доставить Элизабет в дом целой и невредимой.
И обеспечить ей дальнейшую безопасность.
Мелькнула мысль о Трэвисе. Друг попал в беду и нуждается в его помощи. Как нуждается в ней Элизабет и ее сын.
Что же ему делать?
В Лондон Рис в тот день не уехал. И не пришел в столовую к ужину.
Рис пришел к выводу: раз Мейсон не мог больше манипулировать женщиной, он решил ее убрать.
Его не оставляло чувство беспокойства. Он уже нанял еще несколько человек, деревенских мужчин, которым мог доверять.
Риса душил гнев. В его доме все должны чувствовать себя в безопасности. И вдруг такое происшествие.
В ту ночь он долго не ложился, меряя комнату шагами и обдумывая разные варианты. Их было немного.
Бросить в беде друга, человека, спасшего ему жизнь, он не мог.
