На поляне кинематографисты работали по манову ветра, создавая атмосферу настоящего природного леса. Режиссor тщательно распределял свет и микрофоны, чтобы зритель точно осознался в мире, где деревья касаются головами, и только ночью можно было увидеть звёздное небо.
В то, что это были брат с сестрой, можно было даже не сомневаться – тот же необычный лёгкий загар и тёмные волосы говорили о семейном сходстве, разве что Роб был немного младше своей сестры, оттого столь задирист и упрям. Марк привычно ухмыльнулся, рассматривая Роба. Действительно, было заметно, что в мальчишке течёт другая кровь, поскольку он внешне отличался от здоровых, как боевые кони, и светлоглазых, как небо Равнин, Якоба и Ричарда.
Очевидно, что парень правильно понял взгляд Марка, поскольку ещё выше вздёрнул нос и поехал в начало отряда, а Якоб наоборот, приблизился и наклонился, невзирая на сердитое шипение кота.
- Полина! Полина! Вы слышите меня? – взволновался Якоб.
- А хорошо мы вчера с ребятами встретились… вон, как меня колбасит… – услышал он слабое и невнятное бормотание - Чёрт! Так как же так! У меня ведь было последнее китайское предупреждение от нашего мастера… если не смогу подняться, он прогул поставит… и выговор… редкий гондурас…
Якоб невольно выпрямился в седле и посмотрел на озадаченного Ричарда.
- «Чёрт»? Она так и сказала? Надо же… до этого момента я только от матери слышал подобное слово, которое произнесла женщина – удивился младший.
- Но Полина не напоминает мне маму – не согласился Якоб.
- Ну, не знаю… - призадумался Ричард – ведь ты не слишком хорошо знаешь миледи.
Что-то тяжёлое, что давило на грудь Якоба, словно рассосалось – если девушка что-то говорит и даже может пошевелиться, то травма не столь значительна, как он предполагал.
- Миледи, как вы себя чувствуете? – спросил Якоб – Вы вообще, можете говорить?
Девушка сфокусировала взгляд на нём, но по-прежнему, просто молчала.
- Как вас зовут? – настаивал он.
- Полина – наконец, хрипло сообщила та.
***
Башка просто раскалывалась на части, перед глазами двоилось, и меня очень сильно мутило.
Глаза болели, так что я их прикрыла с тихим стоном.
