На поляне кинематографисты работали по манову ветра, создавая атмосферу настоящего природного леса. Режиссor тщательно распределял свет и микрофоны, чтобы зритель точно осознался в мире, где деревья касаются головами, и только ночью можно было увидеть звёздное небо.
- Ну, так вот! – Петюня сделал страшные глаза – Она сейчас находится под следствием! Убила сестру и покушалась на убийство матери. Ужас, ей-богу, ужас! И чего только людям не хватает? Отравила сестру, я её знал – очень милая девчонка.
Васька ругнулась и уставилась на нас. Из глаз нашего друга ушло веселье, и он тихо сказал:"
"- Точно вам говорю. А вы знаете, как она на следствии говорила? «Меня всегда раздражала эта ласковая дурочка! Слава Богу, что теперь всё закончилось»!
Маша в ужасе прижала руки ко рту:
- Как так… убила сестру? Какова же должна быть ненависть к родному человеку, чтобы можно было совершить такое?
Вася только покачала головой, а я… я вспомнила гибель собственной сестры, и… возможно, что-то такое промелькнуло на моём лице, поскольку Петька замялся и тут же поменял тему, со значением поглядывая на девчонок.
Наша встреча продолжалась ни шатко, ни валко, заказать мне один кофе ребята не дали, так что мне пришлось мучительно краснеть, когда Петюня искренне возмутился подобной принципиальностью:
- Выкинь эти дикие мысли из своей головы! Я вас всех пригласил, так что уж позвольте мне немного побыть джентельменом.
Вася ехидно заржала, да и Маруся тоже улыбнулась, наблюдая за тем, как Петька сделал грудь колесом и выдвинул челюсть, желая выглядеть максимально бруттально. Это было столь комично, что я не удержалась и расхохоталась.
То-то же! – удовлетворённо сказал Петька, затем с опаской добавил – Я надеюсь, что за то время, что мы не виделись, ты не стала этой, прости Господи… феминисткой.
Я с улыбкой ответила, что, конечно же, нет. И что ничто человеческое мне не чуждо. Тема семьи продолжилась. Вася сообщила, что у неё изменений никаких – родители бухать не передумали, да и не собирались передумывать, в общем. Петька сказал про своих приёмных. Только мне похвастаться было нечем.
Первые летние сумерки спустились на город, когда мы вышли из ресторана.
- Кого подвезти? – первым делом спросил Петька, кивая на своего монстра.
Вася с сомнением хмыкнула и показала пальцем на высокомерного молодого человека, который стоял рядом со своей машиной.
- Боюсь, что я пас. Вадим вряд ли обрадуется – заявила Васёна.
Маша также сослалась на то, что за ней заехал муж. Я улыбнулась, увидев, каким счастьем зажглись глаза высокого светловолосого парня, мужа Маруси. Я вспомнила, что она говорила, будто тот работает преподавателем физкультуры где-то в ВУЗе. Тихий кашель вывел меня из задумчивости.
