Кто боится кладбищ? Юрка это уже знает: нужно только быть живым и не подозревать никого в убийствах. Но некоторые сторожа кладбищ нашли другое применение – они торгуют криминальными трупами, отведя их на склады для уборки. И вот он — новый клиент: невеста мафии требует услуги по захоронению ее покойного возлюбленного в странный момент после ссоры. Юрка погрузит его тело и сделает все необходимое, не задумываясь. Но что скрывается за этим простым заказом?...
– Ну да, Никита Сергеевич… Странно как-то, и ваш Никита Сергеевич, и наш.
– Может, правда, родственники?
– Надо выяснить…
– Надо, – кивнул я.
– Что-то не торопишься ты к Солоухину наведаться, – подозрительно и с насмешкой посмотрел на меня участковый.
– Куда спьяну? Трезвое утро пьяного вечера мудреней!
– Так-то оно так… Если они родственники, ты должен был об этом знать. Родных вашего Солоухина опрашивал, так или не так? – пристально смотрел на меня Давыдкин.
Не верил он в мою легенду, хоть ты тресни.
– Опрашивал, – согласился с его логикой я.
– Они тебе про нашу деревню и сказали, так?
– Поселок… Поселок у вас, – поправил я.
– Да нет, деревня деревней. А поселок, потому что артель тут у нас… Значит, узнал ты, что Солоухин к родственнику сюда подался.
– А кто ж мне такое скажет? Кто сына родного сдаст?
– Значит, с матерью его разговаривал?
– И с ней, и с сестрой…
– А с отцом?
– Нет у него отца… То есть как бы есть, но сидит… Яблонька от яблока недалеко падает…
– Яблоко от яблоньки, – поправил меня Давыдкин.
– Ну да…
Пивко сделало свое дело, довело меня до состояния, когда мысли спьяну спотыкаются друг о дружку, путаются в голове. А участковому хоть бы хны, смотрит на меня пытливым и, что удивительно, трезвым глазом.
– А отца как зовут?
– Да я не интересовался… – мотнул я головой. Но все-таки смог сообразить, что в каждом вопросе участкового таится подвох, поэтому напряг извилины. – Хотя и так ясно, если сын Сергеевич, значит, и отец Сергеевич… То есть Сергей… Не дави мне на голову, старлей.
– Правда, она и в пьяной голове правда, – не соглашаясь со мной, заумно сказал Давыдкин.
– Ты не прав, начальник, – возразил я. – Есть правда, а есть оперативная информация. И правда там есть, а еще больше домыслов… Знаешь, дракон такой есть, одну голову отрубишь, так сразу три вырастет. Так и здесь. Один домысел отрубишь, три новых вырастет… Три срубишь – девять будет… Девять срубишь – двадцать семь… Двадцать семь на три… Потом еще на три… И это с одной шеи… А если на трех сразу?.
"Василию пришлось хлопнуть в ладоши перед моими глазами, чтобы я вышел из хмельного ступора.
– Больше тебе не наливаю, – решил он.
– И не надо… Ты мне лучше про вашу артель расскажи.
– Про какую артель? Не говорил я тебе про артель.
