Я тоже не простил себя, но сейчас речь идет не об отпущении моих грехов.
– После смерти деда отец так и не оправился. Он… сник, стал таким, каким ты его видела. Может быть, если бы я не ушел, я мог бы как-то помочь. Но этого я никогда не узнаю…
Я вздыхаю, оставляя позади боль тех черных дней, тот одинокий визит на могилу человека, который в детстве научил меня фокусам, вытаскивая четвертаки из-за ушей. Эти ловкие трюки пригодились мне так, как он и представить себе не мог. В каком-то извращенном смысле я чувствую, что мое воровство – это дань уважения. Я использую знания деда, хотя и не совсем так, как он хотел. Интересно, стыдился бы он меня или гордился?
– В каком-то смысле меня это спасло. Я перестал воровать ради кайфа и стал профессионалом во всех аспектах. В тот вечер мне нужно было украсть «Черную розу». Все было готово: подмена, сумка для оригинала, пусковой механизм на лампах. Все!
Поппи делает глубокий вдох.
– Но я тебе помешала?
Я смотрю на нее, желая, чтобы она увидела честность в моих глазах.
– Нет. План заключался в том, чтобы выкрасть картину во время индивидуальных бесед. Я подстроил все так, потому что люди плохо запоминают, кто где находился, когда вокруг все суетятся. Ты тут не при чем. Во время подготовки заказчик дал мне сумку, чтобы защитить картину, пока я буду удирать. Но потом, когда я вытащил подмену… чертова сумка разорвалась. Мне нужно было во что-то спрятать оригинал, чтобы выбраться из зала, поэтому я схватил ближайшую вещь. Твою сумку.
Стыд одолевает меня; я жалею, что втянул в это Поппи. Похоже, судьба все же вмешалась. Если бы моя сумка не порвалась, сумка Поппи мне бы не понадобилась. Если бы она не фотографировалась на сцене, я бы не схватил ее ноут. Если бы Хантер не поселил меня по соседству, мы бы никогда больше не встретились. Но все эти события произошли именно для того, чтобы мы снова оказались рядом. И за этот поворот судьбы я безгранично благодарен.
– А я, стало быть, случайная жертва?
Я бы и хотел возразить, но это правда.
– Я был настолько сосредоточен на побеге, что даже не заметил веса ноутбука. Это была просто сумка, пока я не доставил «Черную розу» по назначению. Но как только ты рассказала о пропаже, я захотел помочь вернуть его. Я и помог.
– Да, помог, – признает Поппи. – Но что насчет «Черной розы»? Где она теперь?
Я пожимаю плечами, зная, что мой ответ ее разочарует.
– Я не храню украденные вещи. Последний раз я видел картину менее чем через два часа после кражи.