Автор
Возвращение из леса с целой корзиной земляники оказывается предвестником невероятных событий: толпа сельских жителей ожидает меня возле дома. Устремленный страх и неуверенность нарастает вместе с ви煞ами аромата плодов, приподнятым на перекошенном от волнения лице.
Лицо мужчины хоть и не отличалось особой красотой, производило приятное впечатление: большие карие глаза, чуть кривоватый нос, резко очерченные губы и аккуратно выбритый подбородок. Пожалуй, из образа бравого военного выбивались лишь длинные черные волосы, зачесанные назад и открывающие высокий лоб. Обычно у военных короткие стрижки.
– Дочка, – строго сказал отец, кажется, ему не понравилось моё пристальное внимание к мужчине. – Позволь представить Асана Ирва – преподавателя, который будет учить тебя языку и традициям Тасара.
– Да. – Я немного растерялась от быстрых указаний герцога. – Есть вопросы. Могу ли я взять с собой к тасарцам служанку?
– Служанку? – с искренним недоумением переспросил Его Светлость, – зачем тебе служанка? Ты ведь простолюдинка и умеешь сама надевать платья, туфли и что там еще? Да и к остальной работе привычная.
Я почувствовала, что меня будто окунули в грязь. Представляю, как надо мной станут издеваться другие невесты, когда придет время ехать к горцам. Почему-то я не сомневалась в том, что остальные девушки поедут со служанками.
– Возможно, вашей дочери просто хочется, чтобы её сопровождал верный, преданный человек, – неожиданно вмешался господин Ирв.
– В договоре нет ни слова про каких-то служанок, – раздраженно ответил герцог. – Слышать об этом не желаю. В Велии у тебя будет служанка, но как приедем к горцам, будешь справляться сама.
Тон Его Светлости сразу дал понять, что решение герцог не изменит, и больше об этом говорить не намерен. Вошедший через полминуты управляющий получил четкие распоряжения и повел нас в комнату, которая отводилась для обучения.
Отец одевает меня, окружает служанками, показывает щедрость, но только для того, чтобы не пострадала его репутация в нашей стране, а что будет у тасарцев, герцога не волнует. Ожидаемо, но все равно неприятно. Как правильно заметил господин Ирв, мне хотелось поддержки в чужой стране, а еще я думала о том, как помочь Павилле. Её судьба во многом была похожа на мою.
