Автор
В комнате напоминала мorgue — две истуканы-старшие сестры стояли неподвижно как на портретах, а я ощущала на себе их взгляды — холодные и отстраненные. Эта книга разворачивает историю любовного напитка, в котором страдания мгновенно превращают людей в статуи без чувств.
Меня ждал еще один день воздержания рядом с женой, готовой на все. Соблазн был велик, но если я не смогу устоять сейчас, то как справлюсь с притяжением от Амброзии? Пусть это будет тренировкой силы воли.
Я продержался этот день. Хоть и не без сложностей. Но все это детские шалости по сравнению с тем, что нас ждет впереди. Вот там будет действительно трудно.
На закате мы с женой снова были у двери башни. Мрака я оставил в покоях, чтобы не путался под ногами.
Дверь открылась, едва я постучал. На этот раз нас ждали. Не покидало ощущение, что авгуру происходящее даже важнее, чем мне. Он как будто проводит на мне эксперимент. Что ж, я сам вызвался быть подопытным, его винить не в чем.
— Иди сюда, — позвал авгур из дальнего конца комнаты.
Там царил полумрак.
— Это тебе, — указал авгур на фиал. — Я выйду из комнаты, оставлю вас с женой наедине. Первой, кого ты увидишь, должна быть она. Тогда случится взаимное запечатление.
— Как много времени это займет?
— У всех по-разному. Иногда хватает пары минут, иногда счет идет на часы. Ты поймешь, когда все произойдет, поверь. Действие Амброзии ни с чем не спутать. Едва притяжение начнет работать, позови меня. Я помогу.
— Эти дни нам лучше провести отдельно друг от друга. Как это сделать?
— Твоя жена останется у меня в башне.
Я кивнул, соглашаясь. Пока авгур не откроет дверь, мне сюда не попасть. Я могу сутки напролет ломиться в башню, а толку не будет. Я начал верить, что все будет хорошо.
— Выпей, как будешь готов, — кивнул авгур на фиал, прежде чем покинуть комнату. Вскоре здесь остались только мы с Эвой.
Легко сказать, выпей. Я сотни раз видел, как Амброзию пьют женщины — бывал гостем на чужих свадьбах.
Возможно, не Эва бракованная, а я. Дефектный легионер. Сомневаюсь, что мне есть место в легионе. Лишь слабая надежда, что именно это мой путь, который упоминался в предсказании, держала меня на плаву."
"— Твое здоровье, Эвангела! — я схватил фиал со стола и махом опрокинул его содержимое в рот.
