И ему нравилось смотреть на неё — всё больше с каждым днём, что они проводили бок о бок. Да, можно было сказать, что основой для того были прошлые отношения с Фаганой. Но то, что наросло на этой опоре — было немного другим. С оттенком того спокойствия и осознанного притяжения, с которым бороться гораздо сложнее, чем раньше. Хорошо это или плохо?
— Наверное просто потому что я, как и мой отец, даже не мог примерить подобную ситуацию на себя, — ответил он, чуть подумав. — Отец — из-за влюблённости в свою жену, в которой души не чаял. А я… Собираясь идти не слишком честными путями, сложно предположить, что кто-то пойдёт теми же путями тебе навстречу.
— А где же скрывалась твоя мать, пока отражение вынашивало ребёнка её мужа? — не стала Арина копаться в его замыслах. Сейчас они вдруг потеряли всякий смысл. Может, не сейчас, а гораздо раньше.
— О, она уехала очень далеко. Отец со своей вечной занятостью в Совете подмену за все эти месяцы так и не заметил. Когда всё открылось, я пытался отыскать отражение матери. Просто хотел взглянуть… но передумал. У неё своя жизнь. В своём мире — и вряд ли мне в ней нашлось бы место. Она родила меня и просто ушла.
— Откуда ты знаешь? Может, она и хотела бы тебя увидеть, но прыгнуть в другой мир… Ты сам понимаешь, что для простого человека это невозможно.
— Да. Наверное, ты права, — он примирительно улыбнулся, не желая дальше поднимать эту тему. — Однако всё вышло так, как вышло. Что ни говори, а мать растила меня так, как будто родила меня сама. Хоть и понимала, что просто-напросто поторопилась. Она ведь родила двоих сыновей после. Значит, с ней всё было в порядке. Это всё страх… Страх не оправдать ожиданий, страх быть покинутой… Она боялась, я знаю. Но всё это, так или иначе, настигло её — пусть и через много лет.
— Где она теперь? — совсем тихо поинтересовалась Арина.
Будто боялась что-то разбередить в душе Маэля. Что-то ненужное и болезненное.
— Она тоже уехала на острова. Только Ледяного Плато. Я встречался с ней за пять лет один только раз. Мне показалось, нам не о чем говорить.
— Что же? Ты не простил её?
— Я и не винил её. Зная отца… Просто всё сложилось так, что нам стало лучше друг без друга.
Девушка помолчала, обдумывая, видно, всё, что услышала. Затем встала и снова прошлась по комнате.
— Что ж, — проговорила наконец. — Думаю, другого выбора, кроме как рассказать твоему отцу, у меня точно нет. И надеюсь, ты прав.
Маэль подошёл к ней со спины и обнял ладонями за плечи. Почему никак не находится сил просто не приближаться к ней? Это притяжение стало только сильнее. Когда они оба перестали притворяться, открылись и приняли правду.
— Я уверен, что прав, как самонадеянно это ни звучит. И мы найдём Фрагану, чтобы ты стала свободной. Доброй ночи.