— Твоя вина в том есть тоже. И со всей серьёзностью займись тем, чтобы выяснить, кто выпустил низших раньше времени.
— Уже выясняю, — чуть резковато ответила ему супруга.
Я смотрела то на него, то на неё и всё отчётливее понимала, что в этих отношениях мало что есть, кроме некого неизвестного мне расчёта. Впрочем, это не моё дело.
— Можешь отдохнуть до завтрака, — великодушно отпустил меня Тивадар. — После ты снова поступишь в распоряжение Феликса. И да, не забывай теперь звать меня “отец”.
Я уже повернулась было уходить, смиренно кивнув и радуясь, что мне, в общем-то почти не досталось, но вдруг меня словно под локоть кто толкнул.
— Скажите, а о Фрагане что-то известно? — вновь оглянулась. — Есть ли хоть малая надежда, что до ритуала Выбора она найдётся? Да хотя бы до свадьбы.
— Я не хочу предполагать худшее или думать, что она так и не отыщется, — с явным напряжением в голосе проговорил Тивадар. — Но быть может всякое. Её следы теряются где-то в стороне моря. А если она сумела сесть на корабль, найти её будет гораздо сложнее, чем представлялось.
Я вздохнула и пошла к себе. Либо Фрагана и правда сумела всех облапошить и улизнуть так хорошо, что даже отец найти не может. Либо они все хорошенько дурят мне голову. Жаль только, что при любом варианте деваться мне некуда.
Не знаю, как я прожила оставшиеся до ритуала Выбора дни. Феликс и Йерне с завидным упорством пытались взорвать мне мозг — по очереди. Иногда подключался Тивадар — но лишь для того, чтобы проверить, как я усваиваю переданные мне знания и навыки. Он расспрашивал меня об истории дома шан-Вар, словно его вдруг одолел склероз, прогулялся со мной по саду, зачем-то вызнавая всё о жизни в моём мире — с самого детства. А после принялся гонять по прошлому Фраганы. Он даже дал мне покормить низших, хоть я с радостью миновала бы эту весьма сомнительную радость. Кажется, те ребята меня даже узнали. Они уже не принюхивались ко мне плотоядно, не вертелись в нетерпении, желая вырваться и закусить мной. Теперь они как будто приглядывались, пытаясь принять меня, как равную хозяину.
Мрачный Вазул наблюдал за нами, пока мы стояли у клеток. Похоже, допросами насчёт того недоразумения с выпущенными низшими его просто утомили. Конечно, надсмотрщики — первые подозреваемые. Наверное, при необходимости их можно подкупить, запугать — да сделать что угодно, чтобы заставить исполнить выгодное кому-то поручение. Не знаю, чего добивались те, кто выпустил низших, а Феликс будет мной доволен: теперь после темноты я в сад ни ногой.