– Вот эти три картины – в тёмных тонах, тревожные, трагичные, давящие, распорядимся повесить на дальней от окна стене, чтобы усилить мрачные ощущения, – предложила Августа.
По такому же принципу стали действовать и дальше. Самую светлую стену отвели под оптимистичные весенние пейзажи. А осенние виды, проникнутые лёгкой грустинкой увядающей красоты, решили расположить в длинной нише, напротив которой были установлены диванчики. Гости смогут рассматривать картины сидя. Созерцать и размышлять.
Николетт и Августа договорились после обеда продолжить работу. Но только трапеза была завершена, опять пронеслась новость о неожиданном госте. Николетт, как и в прошлый раз заподозрила появление генерала Дидье или папеньки. Но не успела она как следует испугаться, как выяснилось, что речь не про мужчину. Видимо, день сегодня такой. В Рош-ди-Вуар – паломничество юных леди. Новой гостьей оказалась Мариэлла. Она взволнованно сообщила, что хотела бы поговорить с Николетт с глазу на глаз.
Они расположились в беседке в парковой зоне замка.
– Николетт, это правда? – с такого вопроса начала сестра.
О чём речь, гадать не пришлось. Мариэлла тут же продолжила:
– До меня дошли слухи, что ты тайно помолвлена с Теодором.
– Значит, и папенька уже знает? – насторожилась Николетт.
А Теодор ещё уверял, что Николетт плохо знает мужчин – что генерал будет пока молчать.
– Нет, папенька не знает. Этот слух гуляет только среди слуг. Якобы кучер генерала Дидье, будучи под хмельком, рассказал об этом приятелю. Тот своему куму, а тот куме. А кума эта – работает у нас поварихой.
– Да, слухи среди прислуги распространяются мгновенно.
– Повариха нечаянно проговорилась при мне о том, что узнала от своего кума, но папеньке, конечно, пока никто не решился такое рассказать. Только ведь это вопрос времени. Он всё равно скоро узнает. Поэтому я и приехала – хотела тебя предупредить.
– Спасибо, – кивнула Николетт.
Она и сама понимала, что это только вопрос времени.
– Папенька, конечно, осерчает, когда узнает, на что ты пошла без его позволения, – Мариэлла пододвинулась поближе к Николетт, – но я тебя понимаю. Если бы такой мужчина как лорд Теодор заинтересовался мной. Я бы и не такое пошла… Но ничего подобного конечно не могло бы случиться. Ты хорошенькая, а я всегда была дурнушкой…
– Брось, – перебила Николетт. – Каждая юная леди по-своему хороша.
– Нет, Ники, тебе не понять, что чувствует такая как я. Мужчины смотрят на меня с жалостью и брезгливостью. Ни богатого приданого, ни премиленького личика. Только мой Андре сумел разглядеть во мне изюминку.
– Андре… – Николетт поморщилась.
Какие бы подобрать слова, чтобы дать сестре понять, что её жених недостойный мужчина?
– Кстати, ты выполнила мою просьбу? – с надеждой посмотрела сестра.