Автор
В Лияре Хойер, или фон Армфельт, начинается приговор к казни за поддержку магов сумерек и заговор против императора. Вместо страшной расправы, ей предоставляют благородный способ уйти из жизни: обезглавливание. Как жена великого князя Эмиля Хойера, Лияра должна встретить свой конец в предрассветных сумерках, но это не изменит трагичность её судьбы....
Он священен не меньше, чем супружеский."
"— А я хочу напомнить, что Эмиль — ваш брат, а не только командующий одной из армий, — распаляюсь я в ответ. — Прошу простить, ваше величество, церемония должна была начаться полчаса назад. Мне нужно идти.
Неуважительно поворачиваюсь к Стефану спиной, собираясь выйти наружу, когда он ловит меня за ладонь.
— Не смейте так со мной разговаривать, — шипит сквозь зубы император. — Вы и ваша семья обязаны мне всем!
Вырываю руку и, развернувшись к нему, гневно заявляю:
— А вы могли бы поддержать своего брата.
— Вы слишком много на себе берёте, Лияра.
— Отнюдь, государь. Я отдала жизнь за вашего брата. На моей коже остался шрам, подтверждающий это, и его не залечить магией. А что сделали для него вы?
Нарываюсь я знатно. Стефан сжимает ладони в кулаки, словно хочет меня ударить, а я просто жду.
— Меня ждут. — Опускаю на лицо фату и снова поворачиваюсь к двери, когда слышу тяжёлый вздох за спиной.
— Я понял вас, миледи, — вдруг тихо говорит Стефан. — Но Эмиль не станет со мной разговаривать. Он, знаете ли, мастер по части утаивания своих мыслей.
— Пообещайте, что будете добры к нему, и я помогу вам.
Император кивает. Раскаяния в нём немного, но хоть сомнения зародились в этой непробиваемой голове — уже хорошо. И тогда я протягиваю ему руку. Стефан подходит, я беру его под локоть и толкаю створки дверей наружу.
— Но это — последний раз, когда вы говорите со мной в таком тоне, — тихо говорит император, ведя меня по дорожке в сторону гостей.
— Только если вы снова станете пренебрегать своими прямыми обязанностями, ваше величество.
Он удивлённо вскидывает брови, а я поясняю:
— Вы должны заботиться о подданных, государь.
Играет торжественная музыка. Мы молча идём между рядами гостей. Позабыв об императоре, я снова погружаюсь в волнение, перерастающее в страх. Вдруг Эмиль не дождался нашего появления, и мы разминулись? Несколько слоёв фаты смазывают окружающие лица в одно большое пятно, потому я опускаю голову. Уж лучше смотреть под ноги: не хватает споткнуться из-за дрожи в коленях.
