Нана смотрела в глаза девушке за прилавком магазина одежды с нездоровым спокойствием — как будто это был не собеседование, а очередной бессмысленный шаг в жизни. Она представилась: "Я Нана Шереметьева. Меня уверили, что я буду его личным секретарем." Девушка лишь кивнула и продолжала свою работу. Внутри Наны складывалось ощущение сюрреалистического прокола в реальности — как будто мир не хотел предложить ей место там, где она так ждала его.
— Ты никого не любишь, ты на это не способен.
— А ты способен?
— Я люблю Нану, - как-то невнятно промычал Лэрс.
Честно говоря, удивлен, что он вообще сказал это вслух и не обделался.
Я посмотрел на часы, потом на дверь, за которой скрылись Нана и ее сестра. Надеюсь, Шпилька не натворит глупостей и не обломает мне весь кайф.
— Ты вроде как теперь невеста на выданье, Лэрс, и скоро станешь женой Сони Шукшиной, - ерничал я. Вообще, не люблю такого откровенного издевательства, но он заслужил каждое слово. – Признания в любви Нане несколько не вовремя, не находишь?
Он поджал губы, промолчал.
Нана и ее сестра появились спустя пару минут. Судя по лицу Маргариты, они нашли какое-то взаимопонимание. А вот Нана… Краше в гроб кладут: бледная, взвинченная, еще и глаза на мокром месте. Похоже, она все-таки расплакалась. Я почти приготовился услышать, как меня посылают в задницу, когда Маргарита сказала:
— Я надеюсь, господин Шад’Арэн, вы будете примерным мужем и докажете, что я в вас не ошиблась, и вы достойны любви Наны. Потому что, если вы хоть полусловом ее обидите или я узнаю, что она несчастлива, клянусь – я ваши яйца приколочу гвоздями к центральной площади. И поверьте, меня не остановит даже вся Национальная гвардия.
Вот черт! От этой интонации и взгляда у меня в самом деле яйца сжались. Я терпеть не могу фальшивых угроз или попыток взять меня «на слабо» - у меня нюх на такие вещи. И я отдавал себе отчет в том, что эта фурия не блефует.
— Я буду беречь ее, как зеницу ока, - пообещал я. И ведь не соврал: пока дело не выгорит, буду стеречь лучше, чем чертов цербер!
Нана встала рядом и как-то неловко потянулась ко мне, чтобы обнять. Я охотно подыграл ей, обнял за плечи, практически сразу почувствовав мелкую дрожь, которая неприятными вибрациями стучала по моим нервам.
— Шпилька, хватит выглядеть, как овечка на заклании, - натянуто улыбаясь, прошептал ей в макушку.
Проклятье, ну вот что за херня? Я же ее не обижаю, не выкручиваю руки. И вообще.
— Я сказала Маргарите, что мы решили не устраивать торжества по случаю помолвки, - пробормотала Нана. – Чтобы не шокировать людей стремительным развитием наших отношений и не давать повода для сплетен."
"Умница! Я и сам планировал как-то отделаться от этой дурацкой традиции, которую в моих кругах почему-то усердно поддерживали: роскошный прием, сопли, слезы, вручение камня в оправе. Вся эта ерунда вообще не по мне.
— Это ваше дело, - пожала плечами Маргарита.
