Он недвижимо растекся на белых руках Доротеи, и лишь роскошный хвост привычно хлестал полосатую малиновую юбку. Джулия невольно поджала губы, глядя в надменное лицо компаньонки: отчего бы тиранихе не оставить эту бесстыжую в своем драгоценном приюте! Самое ей место!
По лицу сеньоры Соврано пробежала нервная тень. Казалось, ворот неизменной черной шемизетки вздыбился, как птичьи перья. Тираниха сделала несколько неспешных шагов и брезгливо взглянула на разложенные тюки, повела безупречной бровью:
— Что здесь происходит?
Управитель приблизился, уже намеревался объясниться перед хозяйкой, но та заткнула его, не дав раскрыть рта. Вытянула руку и сомкнула пальцы, будто изображала закрывающийся птичий клюв:
— Помолчите, Пиротто. Сейчас я не желаю вас слушать. Розабелла! — она уставилась на дочь. — Потрудись объяснить, что здесь происходит?
С Розабеллы будто стерли едва-едва проступившие счастливые краски. Она стала совершенно контрастной, черно-белой. Побледнела, словно мел. Бедняжка опустила голову:
— Мы выбираем ткани для сеньоры Джулии.
Тираниха поджала губы:
— Ты права: эта сеньора весьма дурно одета. Но ткани не помогут сделать ее красивее. Напрасный труд, моя дорогая. И напрасные траты. — Она повернулась к суконщику и портному: — Немедленно убирайте свое тряпье — мы ничего не возьмем.
Управитель лишь развернулся и закрутил кистью, призывая визитеров сворачивать свои товары как можно быстрее. Подмастерья уже взялись за один из тюков, но Джулия выступила вперед и подняла голову:
— Не торопитесь, сеньор Пиротто.
Она даже не поверила, что только что сама сказала это. Откуда только смелость взялась? Но отступать теперь было поздно, иначе тираниха раздавит ее, как давят башмаком жука.
Джулия с ужасом смотрела на сеньору Соврано, наблюдая, как холеное безупречное лицо писаного идеала вытягивается и сереет. Тираниха выглядела растерянной. Она приложила тонкие пальцы к виску, повернулась к своей компаньонке с видом замешательства:
— Ты что-то слышала, Доротея?
Та с готовностью покачала головой:
— Нет, сеньора.
Тираниха уставилась на управляющего:
— А вы слышали, сеньор Пиротто?
Тот сконфузился, помедлил, бросая беглый взгляд на Джулию, но подобострастно склонился и покачал головой:
— Нет… сеньора.
Тираниха удовлетворенно кивнула:
— Убрать все немедленно!
Джулия чувствовала, как внутри закипает:
— Нет! — Она повернулась к управляющему: — Сеньор Пиротто, все уберут, когда я закончу с выбором. И не раньше.
Сеньора Соврано, казалось, подавилась вдохом. Смерила Джулию презрительным взглядом, будто только что, наконец, увидела:
— Как вы смеете?
Джулия сахарно улыбнулась:
— Я лишь выполняю распоряжение вашего сына, сеньора Антонелла. Не больше.