Автор
Джулия вынуждена выйти замуж вместо сестры за молодого тирана Фацио Соврано. Узы помолвки кажутся неразрывными, но до свадьбы остается время. Девушка должна найти способ избежать ненавистного союза или смириться с судьбой рядом с опасным и могущественным человеком.
Джулия усмехнулась:
— Вы не даете своему сыну ни единого шанса?
Тираниха вновь презрительно скривилась:
— Своему сыну я даю все шансы. Но у вас, моя милая собачонка, нет ни одного. Вы слишком посредственны, чтобы что-то из себя представлять. Осознайте это, наконец.
Джулия покачала головой:
— Что-то мне подсказывает, что это не вам решать, сеньора. Пусть даже это решит дар вашего сына, не он сам. Но и не вы. Никак не вы. И вы, так же, как и прочие, не знаете исхода.
— Я все знаю.
— Знаете, что я думаю, сеньора?
— О… — тираниха картинно замахала на себя руками. — Меня это мало заботит. Избавьте меня от ваших бредней. Я уже достаточно смогла понять, что вы глупы.
Все это не трогало. Не задевало ничего внутри. И чем больше тираниха распалялась и выходила из себя, тем безразличнее становилось. Джулия теперь думала лишь о том, как могла принимать эту стерву всерьез? Та так увлеклась актерством, что переиграла саму себя. Джулия спокойно посмотрела ей в лицо:
— Вы боитесь, что я могу оказаться лучше вас, сеньора. Боитесь, что ваш сын может полюбить меня. Потому что вас не любили. И боитесь с тех самых пор, как я переступила порог этого дома. Крепко боитесь. Ведь вы не терпите никого, хоть сколько-нибудь лучше вас. Даже Розабеллу. Я искренне надеюсь, что вам не удастся изуродовать ее.
Глаза тиранихи округлились:
— Да как вы смеете?
— Я питаю к вам должное почтение, как к матушке моего жениха. Но вы так хотите унизить меня, что не берете в расчет, что тем самым желаете беды собственному сыну. Вы желаете ему дурного исхода. Вы готовы пожертвовать им, лишь бы кто-то не оказался лучше вас. Только это вас волнует. Ведь он вам безразличен, сеньора. И я вызываю у вас гораздо больше эмоций. Вы никого не любите, кроме самой себя.
Рука тиранихи взметнулась, подобно бабочке, и щеку ошпарила хлесткая звонкая пощечина:
— Это вам на правах матушки, моя милая. Какая же вы дура…
Сеньора Соврано отпихнула Джулию плечом и пошла в сторону лестницы, ведущей в покои Фацио. Джулия выпрямилась, подняла голову:
— Именем сеньора Фацио, сеньора, вам не позволено туда идти.
Тираниха замерла, медленно повернулась:
— Не думайте, что стали весомее, разбрасываясь именем моего сына.
— Он сам дал мне это право.
Сеньора Соврано усмехнулась:
— Нет у вас никаких прав. Одни наглые фантазии. И не будет, не надейтесь. А если станете тявкать мне в спину, я прикажу служанкам покрепче подержать вас, чтобы вы не путались под ногами.
