Автор
Молодая Марена страдает от несчастной доли старшей по роду старшей дочери тирана Альфи, который обладает Темным даром. Его жестокий брат и ужасный отец смерти — проклятый Соврано. Джулия не может позволить себе жертву этой связной игры, ведь женщины лишь игра в руках могущественных тиранов....
Амато вышел вперед:
— А, ну! Пошла отсюда, чтобы я тебя не видел! Удумала! Не спросясь!
Нянька гордо задрала голову:
— Не отступлюсь. Простите, сеньор. Выкормила, вырастила, а теперь — что не глядя в пропасть выкинуть! Так и сердце лопнет. А родная душа на чужбине ой как понадобится. Не уйду!
Амато вскинул руку, подзывая охрану:
— Убрать старуху!
Джулия кинулась между стражей и Теофилой, поцеловала няньку в щеку:
— Не надо, миленькая. Слушай брата, слушай. Не велит ехать — так и не нужно.
Нянька уже ревела. Конечно, понимала, что с дворцовой стражей ей никак не сладить. Лицо налилось багрянцем, глаза стали еще меньше, превратившись в две щелки между отекшими веками. Теофила всю ночь плакала. Она утерлась концом своего покрывала:
— Как же отпустить тебя, деточка? Да еще и с этим!
Джулия выпрямилась, подняла голову:
— Этот… нянюшка, мой будущий муж.
Та лишь охнула, кинулась на шею. Пришлось отставить руки, чтобы нянька не раздавила Лапу. Теофила поцеловала Джулию в лоб:
— Умница моя… Умница.
Джулия улыбнулась:
— Я тебе писать стану. Хочешь? Хоть каждый день."
"Нянька яростно кивнула, но тут же грустно улыбнулась:
— Ты ведь знаешь, деточка, я не умею читать.
— Значит, Марена прочтет. Она тебе не откажет.
Джулия вздрогнула всем телом, услышав за спиной знакомый голос:
— Вы готовы, сеньора?
Она отстранилась от няньки, напоследок особенно крепко поцеловав рыхлую щеку.
— Я готова, сеньор.
Соврано окинул ее совершенно равнодушным взглядом и велел лакею придержать дверь экипажа. Джулия поцеловала на прощание Паолу, брата, направилась в карету, но Амато окликнул:
— Зверя оставь. Не потащишь же ты эту блошиную шкуру с собой.
Джулия вздрогнула и еще сильнее вцепилась в Лапушку, который напрягся, почуяв неладное, и навострил огромные уши. Она посмотрела на брата:
— А вот об этом не просите. Не оставлю. Ни за что.
Амато подошел вплотную, бесцеремонно ухватил Лапу за шкирку так, что зверек пискнул. И сердце болезненно сжалось. Другой рукой брат подтолкнул ее в экипаж, где уже ждала Альба. Джулия выскочила, бросилась к зверьку.
