Автор
Молодая Марена страдает от несчастной доли старшей по роду старшей дочери тирана Альфи, который обладает Темным даром. Его жестокий брат и ужасный отец смерти — проклятый Соврано. Джулия не может позволить себе жертву этой связной игры, ведь женщины лишь игра в руках могущественных тиранов....
Слуга лишь с готовностью поклонился, вышел и прикрыл за собой дверь.
Джулия боялась даже шевельнуться, видя, что Соврано неприкрыто рассматривает ее. Не понимала: опустить ли голову, отвести ли глаза, что-то сказать? Она не знала, что делать и сгорала от смущения.
Фацио потянулся к бокалу, слегка приподнял, давая понять, что желает, чтобы она сделала то же самое. Джулия была рада чем-то занять руки. Она поднесла бокал к губам и делала вид, что долго пила. Но бокал, все же, пришлось отставить.
Соврано подцепил кончиком ножа кусок оленины:
— Полагаю, вы устали с дороги, сеньора.
Она едва заметно кивнула:
— Долгая дорога непривычна для меня. Но я не жалуюсь, сеньор. Я… — она тут же осеклась, не понимая, уместным ли будет сказать то, что она хотела.
— Что? Говорите.
Джулия сцепила руки на коленях:
— Я хотела… поблагодарить вас.
Он удивленно вскинул бровь:
— За что же?
— За Лапушку.
Соврано нахмурился:
— Лапушку?
— Мою лисицу.
Он рассмеялся:
— Сложно выдумать кличку нелепее. Впрочем, вы, женщины, в этом преуспели.
Джулия опустила голову:
— Стоит, сеньор. Этот зверь очень дорог мне.
Фацио повел бровью:
— Не вижу в этом ничего дурного. Мы все можем иметь маленькие слабости. Ваша Лапушка останется с вами.
Джулия невольно улыбнулась:
— Благодарю, сеньор Соврано.
Он лишь кивнул:
— Ешьте. Или вы не голодны?"
"Фацио сосредоточился на своей тарелке, с аппетитом поглощая оленину, а Джулия ковыряла вареное яйцо и не могла отделаться от мысли, что это был не ужин ради ужина.
— Зачем вы пригласили меня, сеньор?
Он отставил тарелку, откинулся на спинку стула:
— Что ж, ваша воля. Мне нужно говорить с вами, потому что больше до самого Альфи возможности не представится. Мы больше не будем делать остановок.
Джулия нервно сглотнула:
— Я вас слушаю.
Он кивнул:
— Вы будете жить под моей крышей на правах невесты.
Она кивнула в ответ:
— Я понимаю, сеньор. И сама того не желаю.
— Всем, что касается хозяйственной части в моем доме, распоряжается мать. Стол, покои, бытовые расходы и прочее. Вам будут выделены покои и прислуга.
Джулия вновь сдержанно кивнула. Это было знакомо — в доме брата всем распоряжалась Паола. Через управителя, разумеется, но тот держал отчет перед ней.
