В королевстве Флин, где жизнь сосредоточена вокруг коронаций и деликатных семейных обедов, приходит страшное известие: король скончался внезапно. Глава правительства забывает о важных делах и погружается в безысходную грусть, теряя все связанные с прошлым воспоминания....
Потому что вампиру и впрямь убить человека ничего не стоит, но он никогда даже не смотрел в сторону моих друзей. Да и Чича от меня и так знал обо всей этой истории. Уверена, он бы мог убить полугнома так, что тот бы даже не заметил!
— И ты ему поверишь? — влез Даррен.
— Поверю, — отрезала я. — У него нет мотива, а ещё он безотлучно был рядом со мной и не подходил ни к Клавиусу, ни к Наперстянке.
И я уставилась на самого Даррена, впервые разглядывая его спокойно и без дрожи, что вызывал его вид у меня с момента, как я осознала, что влюблена в него.
Даррен много раз говорил, что это была ошибка и он не собирался жениться, и что его лишённый памяти разум и укол шипом Наперстянки наложились друг на друга и привели к этому результату. Я слушать это не хотела. Как по мне, то если ты что-то совсем не понимаешь, стоит притормозить и подождать, пока мир не перестанет раскачиваться.
Я прервала свои мысли, напомнив, что менее всего Наперстянка ожидала, что умрёт так рано. И, как бы я ни относилась к её вероломному поступку с моим Дарреном, мне её всё-таки было жаль.
— Надо сообщить Викуэлю, — произнесла я, не отрывая взгляда от Даррена. — Она была его любимой сестрой.
— Ты подозреваешь меня, — Даррен выглядел поражённым, но при этом не спрашивал, а утверждал. Да, так и есть. Ума ему было не занимать.
Но я для себя решила, что всё по порядку. Сначала вернуть к жизни Софи.
У меня был уже антидот к зелью Ниры и способ, позволяющий не вылететь душе — для неё уже переделывали ошейник и браслеты в лёгкое колье с камнями под цвет её глаз и тончайшие ажурные браслеты.
— Интересно, а к зелью мёртвого сна есть контрзелье? — вслух произнесла я.
