В королевстве Флин, где жизнь сосредоточена вокруг коронаций и деликатных семейных обедов, приходит страшное известие: король скончался внезапно. Глава правительства забывает о важных делах и погружается в безысходную грусть, теряя все связанные с прошлым воспоминания....
— Гробы теперь в подвале, — он откашлялся. — После того как Весень нечаянно сжёг женское общежитие, все вернулись в свои старые комнаты, ваша с Софи комната никем не занята, её так и решили оставить музеем…
— Зубы мне не заговаривай, — прервала я его резко. — Чьи это гробы. Что в университете должно было произойти и произошло бы, если бы моя вторая половинка не взяла всех в заложники?
— Давай поговорим об этом наедине, после совета, — взмолился Даррен. — Этот вопрос не касается Софи!
— Я надеюсь, что не касается, — буркнула я в ответ, признавая его правоту.
Я сжала в руках подушку так, что вопросов насчёт моей ранимости ни у кого не появилось.
— Эльфы точно прикатят, — уверенно продолжала я. — А до этого момента мы должны разобраться с прочими подозреваемыми. Поэтому никто никуда не уходит.
И я оглядела всех мрачным взглядом, надеясь, что преступник выдаст себя хоть чем-то.
— Мы с Клементием можем помочь, кстати, — улыбнулась Ифигения. — Большого разнообразия не обещаю, но иглы и клещи у нас всегда с собой.
— Спасибо, ма… Ифигения, — поправилась я. — Давай оставим это на крайний случай. Если не додумаемся.
— А родители Софи не могли? — неожиданно произнесла Лесия.
Бывшая королева и по совместительству наша с Флином мать вела себя обычно очень скромно, голос не подавала, позволяя себе отрываться в качестве посла и пограничника у эльфийских лесов. Поэтому я и придумала план с похоронами. Я не хотела, чтобы мама полетела к эльфам. Она, конечно, дракон, но эльфы — это эльфы, да и драконов у них куда больше, чем один.
Тем временем Лесия попыталась объяснить свою мысль.
— Мы все время говорим о том, что Софи — не ровня наследному принцу эльфов.
Я посмотрела на Вика, он ответил таким же обалдевшим взглядом.
— Вы можете подумать, что большое счастье — отдать дочь за наследника, да ещё и чужого государства, — рассматривая свои ногти, произнесла Лесия. — Но, уверяю вас, не все желают видеть дочь в короне. Это тяжёлое бремя."
"И она подняла взгляд на меня.
