Катарина ван Ретт смотрела в зеркало, скривившись от своего отражения. Ее платье и обувь делали ее выглядеть еще менее привлекательно для принца, который ей предстоит выйти замуж. Катарина знала, что красота здесь не при чём.
А еще мне пора начинать записывать.
- Что записывать? - Мадди устроилась в кресле с ногами и состроила умильную рожицу. - Заваришь чай?
Катти с легким отвращением посмотрела на чайник, но покорно встала.
- Все записывать. Много забывать стала. Что венец гарант невинности невест - забываю, что прослушка есть - изредка вспоминаю, но чаще тогда, когда уже поздно. Кому и что рассказывала, а кому нет - тоже путаюсь. Ужас и кошмар.
- Смена обстановки, - со знанием дела кивнула ванен Скомпф.
- Тебя ничем не удивить, - улыбнулась Катарина.
- Удивить - письмо мое украл кто-то. Под ковром пылюка и ровненький такой прямоугольничек. И полоски - следы от твоего вьюнка. Ну зато я под это дело свою Марийку накрутила, так что у меня сегодня по плану влажная уборка. Я у тебя спрячусь?
- Конечно. - Катарина поставила перед Мадди чашку.
И ван Ретт выразительно провела ладонью по горлу.
- Сплетничали?
- Я под клятвой, - развела руками Катарина и добавила: - Потряси Лиаду, пусть включает тебя в наш заговор.
Мадди нехорошо прищурилась и проворчала:
- Уж я-то потрясу. Затрясу как молодую грушу!
Допив чай, ванен Скомпф ушла переодеваться к завтраку. Катти последовала ее примеру. Хотя кровать манила плюнуть на еду и лечь поспать.
Вот только мэдчен ван Ретт здраво предполагала, что Германика выберет самое неожиданное время для Зова.
Хотя на самую секунду промелькнула мыслишка привязать себя за шею к кровати. Тогда и Зов не сработает - заклинание ведь не допустит, чтобы невеста умерла во сне? Да еще и от перелома шеи.
Эту мысль удалось отбросить с трудом. Но зато пришла в голову другая - зачем переодеваться? Платьев больше не становится, количество балов неизвестно, а еще вроде бы обещали кофейную паузу с королевой.
Покрутившись у зеркала, Катарина собрала волосы в тугой узел, оставив на свободе одну прядку - чтобы не выделялась костяная бусина.
- Мадди, ты готова? - прокричала ван Ретт в приоткрытую дверь ванной комнаты.
- Иду!
За завтраком Катти отметила неестественную бледность Боудиры.
