Тело болело до нестерпимости, дыхание было удушающим и душным. Я боялась снова проконтролировать ситуацию, словно в черном трясутся бесконечные коридоры, где меня тащили непостижно долго. Ночная атмосфера была зачарованной и мрачноватой, как будто я находилась в самой глубине сумрака некоего страшного дома.
Похоже, «Невестка слепого барона» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Было очень тепло и душно, в воздухе присутствовал запах плесени, и Освальд, окатившись напоследок прохладной водой, недовольно буркнул:
-- Домой вернемся, первым делом баней займусь. Так мне надоели эти лоханки местные… – с досадой добавил он.
Впрочем, в предбаннике нас ждали чистые и теплые простыни и кувшин горячего глинтвейна.
Разумеется, к ужину волосы у меня еще не просохли. Но в косе это было не так заметно."
"Для первой встречи с его светлостью я выбрала достаточно скромное, но недешевое платье. Темно-синий бархат, белый отложной воротник, которых здесь никто не носил, и часть жемчужного комплекта: серьги, шпильки и пара колец.
-- Нормально? – я вопросительно глянула на мужа.
-- Прекрасно, Искра! Строго, но очень красиво, – он поцеловал меня в висок, стоя за спиной и наблюдая наше с ним отражение в большом зеркале.
Его светлости герцогу Бальгеру было чуть за сорок. Полноватый рыхловатый мужчина с обильной сединой и крепкими желтыми зубами. У него была такая же неопрятная борода, как у покойного баронета Рудольфа, но при этом, в отличие от баронета, герцог постоянно улыбался и выглядел этаким весельчаком-балагуром.
А вот его жена, герцогиня Жозефина Бальгер, на его фоне смотрелась сухонькой старушкой. Сильно осунувшееся лицо, темные круги под выцветшими глазами, мышино-серые седые волосы и множество мелких морщин. Ее светлость не спасали ни дорогие крупные рубины в золоте, обильно украшавшие массивную цепь на шее и сухонькие пальцы, ни тяжелый бархатный туалет с парчовыми вставками, отделанный белоснежным горностаевым мехом. Вся эта роскошь как будто существовала отдельно от нее. Она вяло улыбалась нам с мужем, приветливо кивнула на поклоны, но так и не произнесла ни слова. Ужин был долгим и обильным. Мы сидели на почетных места, и я только радовалась, что между мной и бесконечно болтающим герцогом расположился Освальд.
У меня даже было время рассмотреть других гостей. За столом присутствовало как множество семейных пар, сидящих ближе к герцогской чете, так и пришедшие отдельно дамы и кавалеры. Если мужчины все как на подбор, были крепкими здоровяками и сидели по левую руку герцога, то сидящие напротив них дамы смотрелись немного странно. Они четко чередовались: пожилая – молоденькая, пожилая – молоденькая. Я сообразила: это мать или тетушка, сопровождающая красотку на выданье.
Стол, во главе которого сидел герцог, был настолько широк, что беседовать людям, сидящим друг напротив друга, было неудобно: пришлось бы говорить слишком громко.
