Тело болело до нестерпимости, дыхание было удушающим и душным. Я боялась снова проконтролировать ситуацию, словно в черном трясутся бесконечные коридоры, где меня тащили непостижно долго. Ночная атмосфера была зачарованной и мрачноватой, как будто я находилась в самой глубине сумрака некоего страшного дома....
Похоже, «Невестка слепого барона» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И при свежей румяной коже и ярких черных глазах с длинными ресницами она выглядела забавной, но очень милой толстушкой.
-- Карлотта, красавица моя, посмотри-ка, что предлагает госпожа.
Самым приятным было то, что муж смотрел на свое сокровище с нежностью и искренней любовью.
Карлотта кокетливо улыбнулась Освальду, добродушно – мне и, строго взглянув на мужа, снисходительно ответила:
-- Ну, Ференц, показывай.
Чувствовалась в ней ценительница украшений: она не только внимательно рассмотрела безделушки, но и достаточно быстро отделила несколько украшений из шелка с серебряными швензами и, достав маленькое зеркало, начала прикладывать к собственному лицу.
Мы с Освальдом наблюдали за ней с улыбкой. Пусть она и смотрелась немного нелепо, но была слишком яркой особой на фоне остальных скучноватых лавочниц: практичных, строгих, но далеко не таких симпатичных и интересных.
Именно в этой лавочке мы и оставили все, что я привезла.
Любуясь переливами шелка и нежно поглаживая приглянувшийся браслетик, она приговаривала:
-- Даже и не беспокойтесь, ваше прекрасное сиятельство! Сама лично своим покупательницам все покажу и обскажу. И продадим все по самой завлекательной цене.
В общем и целом, это был хороший и спокойный день.
Утром следующего дня, последнего перед отъездом, мы завтракали в общей зале, и герцог с Освальдом обсуждали двух кандидатов на место управителя графством во время нашего отсутствия.
С утра я чувствовала себя совершенно нормально, но сразу после завтрака, едва мы успели дойти до комнаты, у меня началась рвота.
-- Думаю, господин граф, Господь осчастливил вашу семью. Графиня в тягости.
Глава 24
ОСВАЛЬД
Новость была восхитительная, но одновременно я испытал растерянность, почти страх.
