Я не думаю, что ты заметила меня, но я видела тебя там. Он трахал тебя пальцами под столом. Так ведь это было? Я знаю все его склонности. Но знаешь, почему он это сделал?
Я не ответила. Я не могла. Мой мозг был слишком занят тем, что мучил меня.
Все фрагменты вставали на свои места.
Все, абсолютно все он делал тогда только для того, чтобы заставить эту женщину ревновать. Мой желудок скрутило от тошноты.
Ее смех зазвенел, загрязняя воздух.
Она ответила за меня.
— Он увидел меня. Он увидел, как я вошла, и хотел заставить меня ревновать. Ты знаешь, почему он не поехал с тобой домой той ночью?
Я думала, меня сейчас вырвет.
Она кровожадно улыбнулась.
— Я не настолько жестока, чтобы сказать тебе. Я уверена, ты и сама все понимаешь.
Она ушла с самодовольной снисходительностью, прекрасно выраженной в каждой черточке ее красивого лица.
Унизительные иглы боли глубоко вонзились мне в грудь. Я смотрела, как она уходит, чувствуя то, чему не хотела давать названия.
Мои глаза все еще были прикованы к ней, когда краем глаза я заметила еще одну фигуру, высокую, которая сосредоточенно двигалась к ней и схватила ее за руку, останавливая.
Она без колебаний прижалась к нему, смеясь так, словно все это было спланировано заранее. Их темные головы склонились друг к другу. Мой муж и его любовница.
Они прекрасно смотрелись вместе. Я ненавидела их.
Они были великолепны вместе. Это я ненавидела еще больше.
Максим низко наклонил голову, чтобы прошептать что-то ей на ухо. Должно быть, ему было что сказать, так как они довольно долго не двигались с места.
Если бы у него был выбор, он был бы женат на ней. Тогда я увидела все это с горькой ясностью.
Я вложила в этот брак все свое сердце, когда у него самого была только половина. Она забрала остальное. У меня не было шансов.
Одна вещь, которую я заметила, смотря на них, принесла мне небольшое облегчение. Он не улыбнулся ей. Он не засмеялся. Он не выказал никаких внешних признаков счастья от того, что находится рядом с этой женщиной. Для него она была таким же неприятным сюрпризом, как и для меня.
И, что еще более обнадеживало, мой муж был рядом с ней таким же холодным, каким был со мной. Это ничего не значило, но обратное значило бы больше.
Моему мужу потребовалось некоторое время, чтобы подойти ко мне.
Он открыл рот, чтобы что-то сказать, когда подошел ближе, но мои собственные слова сразили его наповал.