По какой-то причине сама мысль о том, что то, что я сделала, может разозлить моего мужа, привела меня в совершенно восхитительное настроение.
Мы почти закончили. Фотограф хотел сделать еще несколько снимков.
— Интересно, что с ней будет, если мы поцелуемся, — пошутил Тимофей. Он, конечно, имел в виду Агату.
Я скептически изучала его улыбающееся лицо.
— Ну не прям поцелуемся, а слегка. Прикинемся, понимаешь? Кирилл умер бы от восторга, — сказал Тим, имея в виду нашего многострадального фотографа, который прошел через несколько кругов ада, общаясь с Агатой на протяжении всей съемки. — Давай порадуем его. Он это заслужил, бедняга.
Пока мы разговаривали, Агата все не отставала от фотографа.
— Ну же, — уговаривал меня Тимофей, — давай посмотрим, что она сделает.
Я рассмеялась и сделала вид, что собираюсь поцеловать его. Наши губы были на расстоянии вдоха. Он слегка наклонил меня, и моя голова откинулась назад. Наши губы едва соприкоснулись, прежде чем мы отстранились, все еще смеясь.
Я легонько хлопнула его по плечу.
— Ну ты и хитрец, — пробормотала я.
Он ухмыльнулся, пожимая плечами.
— Я неправильно оценил расстояние, извини.
Он явно, беззастенчиво лгал, и это заставило меня рассмеяться. Я знала, что все это было безобидно.
И, конечно, это было первое, что увидел Максим, когда вошел в студию. Я наслаждаюсь собой в объятиях другого мужчины.
Я подняла глаза, увидела его и замерла. Он пришел. Моя уловка сработала. Одна фотография — и он не просто позвонил. Он появился.
Вот черт. Неужели наш притворный поцелуй он тоже видел? Так далеко я заходить не собиралась.
Максим тоже застыл. И, пока я наблюдала, ярость зажглась в его глазах, распространяясь по лицу, как огонь по сухой траве.
Я выпрямилась, взглянув на Тимофея. Он тоже заметил появление моего мужа.
— О-о-о, — выдавил он.
Да. О-о-о. Мой взгляд метнулся к Агате. Ее руки были сложены на груди, а выражение лица было самодовольным. Это было ее самое счастливое выражение лица, что я когда-либо видела. Кирилл прочистил горло.
— У нас здесь все хорошо.
— Мне остаться или бежать? — трусливо спросил меня Тимофей.
— Беги, — ответила я тихо и лаконично.
Тимофей не колебался.
— Всегда рад встрече. Увидимся на следующем показе.
Он быстро обнял меня, поцеловал в макушку и ушел.
Я видела, как Максим смотрел ему вслед. Его ноздри раздулись, как у быка. Он явно боролся с собой, чтобы не подраться с Тимофеем.
Я испытала облегчение, когда стало очевидно, что он сможет справиться с собой.
