Автор
Лютый день. Я бежал без устали, шагая по мартовой грязи, где каждая тряска сапога приближалась ко злу. Кровь стекала по шее, и ветер нес дрожь и страх за пределы города. Адвокат жестоко вынес обвинение, и мое тело подчинялось закону до самой судьи.
Ты же чувствуешь, как мы с папой любим тебя?
Саша молча кивнул, но выражение лица его меня насторожило. Будто он чего-то боялся или сомневался. Я спросила:
— Тебя что-то тревожит?
— Ты кричала прошлой ночью. Тебе… — Он полоснул взглядом Лютого. — Тебе было больно?
От понимания, что гостевая комната, где мы с Лёшей вчера занимались любовью, недалеко от детской, у меня перехватило дыхание. Я метнула на Лютого испуганный взгляд. Не дай Бог, мальчик подумает, что папа меня обижает, у них и так отношения сложные.
— Люди, — осторожно начала я, — кричат не только от боли, зайка. Можно воскликнуть от удивления или… от радости.
— Ты радовалась? — пытливо наблюдая за мной, уточнил Саша.
— Да, малыш, — мои щёки заливало жаром, — я была счастлива.
— Ты долго радовалась, — немного обиженно заявил мальчик, а я готова была уже сквозь пол провалиться от смущения.
Боялась посмотреть на мужа. Пора уже прощаться, уходить, но как я могу оставить мальчика? Да ещё Лютый навязался со мной.
Но зачем это мне? Почему я это делаю?
Потому что он мой лис. Он уйдёт, я это знала. Однажды попрощается и растает, будто и не было. А может, и прощаться не будет.
Тут дверь распахнулась, и в дом влетел конюх. Волосы, будто пучок соломы — растрепаны, глаза лихорадочно блестят.
Саша испуганно прижался ко мне.
— Началось, — увидев Лёшу, отчитался работник.
Муж метнул в меня строгий взгляд и показал на Сашу, безмолвно умоляя меня присмотреть за сыном, сам же помчал к выходу и стал натягивать куртку.
— Рассказывай, — приказал конюху. — Ветеринара вызвал? Агата ведет себя спокойно?
— Да, она держится молодцом, — заулыбался помощник, потер нос. — А ветеринар застрял в снегу по пути, но обещали дорогу прочистить в ближайший час.
Леша обернулся на пороге. Глянул на сына, задумчиво так, томительно, а потом перевел пронзительный взгляд на меня.
— Не волнуйтесь, с ней все будет хорошо. И с Агатой, и с малышом, — муж опустил взгляд на живот, который я неосознанно прикрыла ладонью, и скрылся за дверью.
— Стой! — крикнула вслед, но дверь захлопнулась, и гостиную наполнил мутный пар от мороза. Я посмотрела на Сашу: — Лошадке очень тяжело, и мама хочет ей помочь. Ты останешься тут или пойдёшь с нами?
— С тобой, — мальчик вцепился в мою руку.
