Автор
Журналистка приехала в тюрьму для интервью, но вместо этого стала заложницей при побеге. Её похитил опасный и красивый заключённый Валид Хасанов, палач, который клянется отомстить её отцу, посадившему его в тюрьму. Между ними вспыхивает опасная страсть, когда она понимает, что он не совсем...
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Невинная для палача»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Журналистка приехала в тюрьму для интервью, но вместо этого стала заложницей при побеге. Её похитил опасный и красивый заключённый Валид Хасанов, палач, который клянется отомстить её отцу, посадившему его в тюрьму. Между ними вспыхивает опасная страсть, когда она понимает, что он не совсем...
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Журналистка приехала в тюрьму для интервью, но вместо этого стала заложницей при побеге. Её похитил опасный и красивый заключённый Валид Хасанов, палач, который клянется отомстить её отцу, посадившему его в тюрьму. Между ними вспыхивает опасная страсть, когда она понимает, что он не совсем...
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Иначе в следующий раз я ему его наглый ловкий язык откушу.
И жалеть не буду. Ну, может чуточку.
– Волосатая грудь, – кивает серьёзно. Хмурится, словно обдумывает. Но его плечи трясутся от сдерживаемого смеха. – Я приму это к сведению. Александра, ты…
– Отвали, – бурчу, но мужчина притягивает к себе, прижимает спиной к груди. – Ты мудак, Валид.
– Мудак. Но не стоит заигрываться, кроха. То, что я позволяю тебе немного вольностей, не значит вседозволенность. Ты нарываешься. И в какой-то момент нарвёшься на большие неприятности.
– Ошибся с выбором молчаливой и покорной заложницы.
– Помнится, ты была идеальной и послушной. Так дрожала, – шепчет на ухо, пальцами мнёт подол моего платья. – Дрессированная хорошая девочка, которая бы на колени встала, если бы я приказал.
– Замолчи!
Я не могу понять, почему его слова настолько ранят. Лезвием проходится по сердечным мышцам.
Палач ведёт себя как обычно, не менялся с нашей первой встречи. Так почему сейчас это задевает?
– С дерзким живым умом, – приглушает оскорбления комплиментом. – Ты забавная, Александра. Но иногда нужно знать меру. Я не один из твоих щенков, которые будут терпеть все. Чувствуй грань, колючка, и тогда у нас всё будет заебись.
– А ты? – чаще дышу, когда Валид обнимает меня. Его предплечья давят на и под грудью, прижимают крепче. – У тебя граней нет?
– Свои грани я определяю сам. Пошли, Александра, меня уже заждались. А то с них станется за нами спецназ выслать.
– За тобой. Надеюсь, что он уже в пути. Поймают тебя и…
– И плакать будешь.
Хмыкает, прижимается щекой ко мне. Царапает, целует в уголок губы. Меня разрядами электричества прошибает от этой неожиданной ласки.
Будто дикий зверь вместо того, чтобы растерзать, мордой в ладонь ткнулся. Не так уж бежать хочется и кричать. Ураганом сносит все претензии, которые я строила внутри.
– Надежда умирает последней, – закатываю глаза, но голос выдаёт меня с потрохами. – От счастья танцевать буду, Валид. В запой уйду на неделю.
– Лучше на три дня.
– Три дня? – оборачиваюсь, облокачиваясь на плечо мужчины. Хмурюсь. – Почему именно столько?
– На зоне свидания три дают, не больше. Приедешь ко мне, вместе и отметим?
– Как только тебя арестуют, Валид, я сразу и навсегда забуду о твоем существовании. Ты меня больше не увидишь. Ясно?!
– Ясно лишь то, что ты такая наивная, маленькая.
Отпускает меня, первым выходит из дома. А я остаюсь на месте, прожигая его спину взглядом.
И что это значило?
Глава 29. Валид
Александра пыхтит, вжавшись в дверцу машины.
Дует пухлые губы, стреляя меня взглядами.
Её стальные глаза – лучше любых пуль.
Охуенная девка.
Личный сорт дури, на которую заскакиваешь в мгновение ока."
"Никогда так девку конкретную не хотел. Главное, чтобы красивая и старательная, а остальное – плевать.
