В темных улочках подворотни сочного вечера тыкнулся невольнику черный силуэт — знак зловещей опасности в беззащитной руке девушки, скрывшейся за краем стены. Страх и решимость взмыслили на воздух, предвещая ужасные дни любви, в которые она окажется центром интересов монстров....
— Гоблин всю жизнь жил в своих комплексах и считал себя уродливее пенька. Но ведь именно любимая сделала его счастливым и заставила поверить в себя.
— Его возлюбленной стала мавка с болот.
— Какая разница!? Это любовь! Она преображает даже самые ничтожные создания!
Эх… Знал бы ты, насколько близок к истине…
Взглянув на мужчину из-под полуопущенных век, рассмеялась, заметив, как он крепко сжимает кулаки, планируя отстаивать гоблина любой ценой. До умиления забавно, как взрослый и грозный дракон готов до первой крови спорить со мной, отстаивая интересы выдуманного персонажа…
— Хорошо.
— Причина? — рыкнул он.
— Героиня — непроходимая дура. Она вела себя как полная идиотка, отказываясь от принца только потому, что он слишком молод.
— Нет, нет и нет. Это история любви, которая несет в себе огромную мораль! Как ты не понимаешь? Ты же сама это писала! Героиня боялась осуждения и оттого отвергала свою симпатию, но ведь герой смог доказать ей, что мнение остальных неважно, когда речь идет о сильных чувствах! Какая разница, кто ты?! Гоблин или мавка, оборотень или чародейка, дракон или…
— Человек? — подсказала я.
— Да! Это не имеет значения и не может подвергнуться осуждению! Любовь может возникнуть между кем угодно, — понизив голос, продолжил он. — И она не будет значить меньше, чем между кем-то другим. Ханнари?
— Да?
— Ты боишься меня полюбить?
Заданный в лоб вопрос заставил меня испуганно замереть.
Глава 24
— Э-э-э…
— Все эта работа с рассказами — просто отвлечение, я прав? — он укоризненно ткнул пальцем в стопку бумаг.
— Нет! Мне правда нужен сборник…
— Да! — возразил он, и я понуро опустила глаза. — Значит, ты все-таки что-то чувствуешь ко мне, так ведь, Ханнари?
— Это неважно, — буркнула я, спрыгивая со стула и пытаясь сбежать.
— Важно. Для меня важно. Если ты меня полюбишь, — его голос дрогнул, хоть дракон и продолжал меня нагонять, — и останешься со мной, я отвечу тебе тем же, не сомневайся.
— Киррас, прекрати!
— Почему? — догнав в два счета, мужчина резко обогнал меня и преградил путь, впечатывая руки в стену над моей головой. — Почему? Ответь.
— Потому, что это неправильно.
— Не будь идиоткой, как Тарра, — припомнил он мне ту самую героиню из рассказа о «Теплой ночи». — Я здесь, у тебя под носом. Весь и полностью твой.
