Автор
В темном зале невидимых свечей, женщина медленно надевает на шею кинжал с роскошной отделкой. Зеркальное стекло золотого шнура остается безналичным — признаком вечности, которую она готова принять за взамонопole. Кровавые тени скользят по её лицу, создавая мрачную атмосферу загадочного и изощрённого самопожертвования....
— До церкви всего несколько шагов, — пояснил он, вручая ей бутоньерку из незнакомых белых цветов с медовым ароматом и предлагая руку. Солнце уже опускалось за Молвернские холмы, но было по-прежнему жарко, и лишь легчайший ветерок касался кудрей Индии.
В небольшой каменной церковке толпились слуги, включая Мегги и Дайармида. Восковые свечи разливали мягкое сияние. Священник приветствовал их и сообщил собравшимся, что, поскольку граф Окстон и его супруга признают брачную церемонию по доверенности, состоявшуюся в Гленкирке в мае, тридцатого дня в году тысяча шестьсот двадцать восьмом от Рождества Христова, он объявляет их законными мужем и женой и желает дать благословение от имени Бога нашего и законного правителя, короля Англии.
Супруги встали на колени, и священник провозгласил:
— Тех, кого Господь соединил, человек да не разлучит. Во имя Отца, и Сына, и Святого Духа, аминь.
— Аминь, — вторили прихожане.
— Теперь, милорд, — священник улыбнулся глазами, — можете поцеловать новобрачную.
Прохладные губы едва коснулись ее губ. Индия едва не закричала. Поцелуй?! Она совершенно не думала ни о чем подобном. А ведь еще предстоит брачная ночь и супружеская постель! Иисусе! В своем безумном стремлении как можно скорее убраться из Гленкирка она совершенно забыла о вещах, куда более интимных!
Присутствующие разразились радостными криками, и граф повел жену к выходу.
— Вы, кажется, удивились, когда я вас поцеловал, — заметил он по пути домой.
— Это не слишком походило на поцелуй, милорд.
— Но, мадам, страсть — это то, что мужчина и женщина делят в уединении спальни, разве не так? — упрекнул он. — Вряд ли я мог избежать этой обязательной повинности: не стоило обижать слуг, да и преподобный мастер Бартон во все глаза смотрел на меня и громко требовал поцелуя; но совершенно ни к чему проявлять какие-либо чувства при посторонних.
— А если я попрошу у вас позволения обойтись на сегодня без моего общества, чтобы немного отдохнуть от путешествия, это сильно разочарует слуг? — дерзко осведомилась она.
— Скорее меня, — отпарировал граф. — Кроме того, думаю, что несколько дней, проведенных в Куинз-Молверн, восстановили ваши силы, мадам.
— Я еще не готова исполнить супружеский долг, — честно призналась она.
— Почему?
Индия споткнулась, но граф успел ее подхватить.
— Право, не знаю. Просто чувствую.
— Очевидно, ваш любовный опыт совсем невелик, — спокойно откликнулся он.
