В пределах тесного полка шагают стройные фигуры, словно живые статуэтки железных веков. Генерал подносит к груди свой золотистый флаг, на котором красуется герб его армии. Слова Северного вождя пробуждают древний инстинкт бойца: не уклоняться от приказов, не сомневаться в собственной справедливости и верности своей долге. Вечность - это где вы найдете себя и свое место.
– бросил «прости» и сел за руль.
Вечером он напился.
* * *На немой вопрос Эйдинова Петров ответил:
– Дело сделано.
– Ты какой-то бледный.
– Несварение, – сморщился оперативник.
– Как сработал Марк? – проявил интерес полковник.
– Чисто, – ответил Петров. И добавил: – Самоубийство.
– То, что нужно, – Эйдинов не стал вникать в детали, о них он узнает из подробного рапорта. – Теперь надо навести на труп твоих бывших коллег. Займись-ка этим вопросом.
Отпустив подчиненного и что-то мурлыча себе под нос, Эйдинов углубился в бумаги.
22
Человек лет сорока пяти, с мясистым и рыхлым лицом, в нетерпении поджидал своего двоюродного племянника. На часах 23.30. Обычно в это время Евгений Александрович с бокалом хорошего вина устраивался перед телевизором и выискивал на многоканальном ресивере спортивные передачи. Сейчас он не замечал, что творится на экране.
Ткнув в красную кнопку, Зубахин отбросил пульт в дальний угол обитого дорогой кожей дивана, на котором в беспорядке лежали форменный зеленый галстук, рубашка и брюки с красными лампасами.
Наконец без пяти минут двенадцать в дверь позвонили, и он впустил в прихожую Михеева.
– Отчего так долго, Игорь?
– Сразу не мог выйти на опергруппу.
– Почему? Что, Аширов не помог?
– Делом Заплетина занимаются подольские менты. Понадобилось время, пока Салман нашел на них выход.
– Дальше, дальше... – нервничал хозяин.
Михеев покачал головой:
– Заплетин застрелился из пистолета, который мы ему передали. Никто ему не помогал, это установлено со стопроцентной точностью.
– Ну, слава богу, – облегченно вздохнул генерал, подумав, что разведчик мог расценить пистолет как намек. Черт с ним!
– Ты один? – спросил Михеев.
Хозяин покачал головой. Дома оставалась жена, которая отменила поездку к сестре в Тульскую область.
– Что-то с головой у нее – мигрень или хер его знает. Наглоталась таблеток и легла спать. – Генерал снизил голос до шепота. – Завтра привези к себе эту подружку... как ее... Анечку. Я загляну вечерком.
Анечка работала в московской школе-студии «Берестов-Ламберти» фотомоделью и стоила сто зеленых в час. Но то, что она умела делать в постели, в сочетании с ее природной красотой полностью окупало расходы.
– Привезу. Ты скажи, что делать с Петровским? Генерал пожал плечами.
– Пока ничего. Пусть живет.
Свое несогласие с шефом Михеев выразил, недовольно качнув головой. На его взгляд, конструктора и его ассистентку стоило прижать.
