Автор
Роман смотрит на свою братскую сестру с решимостью. Он знает, какую важную информацию ей нужно передать — иначе она может поступиться своим авторитетом в доме. Атмосфера напряженности и драмы заставляет читателей задуматься о том, что скрывается за обычной беседой близких людей....
Поначалу Роман планировал подробно объяснить, куда они могут сунуть свои отступные, но потом подумал, что Глаша расстроится, и… смирился. Он вообще очень часто ей уступал. И вот, к чем это привело! Нет… Женщинам нельзя давать спуску. Однозначно. Даже любимым…
Кадиллак занесло уже у самых Иванковичей. Роман выругался. Вышел из машины, чтобы осмотреть место пробуксовки. Выругался. Достал из багажника лопату и принялся расчищать снег, который валил, не переставая. Опять вернулся в машину, замерзнув, как собака, и стал потихоньку сдавать назад по собственной колее.
Через пятнадцать минут Поляков парковался прямо у той стены, реставрацией которой так гордился! Конечно же, он угадал.
- Какого черта ты туда залезла? – тихо, чтобы не напугать, но оттого не менее зловеще поинтересовался Роман. Глаша обернулась. Улыбнулась счастливо и принялась слезать. – Осторожнее, я тебя прошу! Осторожнее! Тебе же… тебе же рожать вот-вот!
- Ну, и чего орешь? Еще целых две недели…
Аглая застыла на нижней ступеньке и раскрыла объятья.
- Аж целых две?! Ты серьезно вообще? Какого хрена ты полезла на эту лестницу? А если бы у тебя закружилась голова? Или… еще что-то?
- Да я же ничего такого не делала.
- И что? Этим нужно было заниматься самой?! А если бы ты упала, а если бы…
- Ты уже повторяешься, - засмеялась Глаша и щёлкнула жениха по носу, но тут же, замолчав, опустила взгляд вниз:
- Вот же дерьмо!
- Что, Глаша, что?! Это воды отошли, да? Ты погоди….
