Тот, кто вошел в подъезд, уже был в своей квартире, а тот, кого он преследовал, либо тоже остановился на одном из верхних этажей, либо… что еще он мог сделать? И насколько вырвался вперед? Вероятно, он ждет полицейского в темноте лестничной клетки. Действительно ли он не вооружен? Эти вопросы кружились в голове подобно разъяренному пчелиному рою.
Самсонов двинулся дальше. Он не торопился. Человеку некуда деваться, а ему надо отдышаться. Так он добрался до последнего этажа. Здесь тоже никого не было. Зато слева виднелась служебная дверь, ведущая на крышу. Висячий замок висел на оторванной с одного края щеколде. Человек, за которым гнался Самсонов, выбрался на крышу. У него был какой-то металлический плоский предмет, которым он поддел щеколду – вероятнее всего, нож.
Самсонов почувствовал, как повышается в крови уровень адреналина. Сердце стучало все сильнее, и ему пришлось несколько раз глубоко вдохнуть, чтобы собраться, прежде чем открыть дверь и выйти на металлическую площадку узкой лестницы, ведущей наверх. Ржавая конструкция качалась под ногами, когда Самсонов медленно начал подниматься, держась одной рукой за мокрые железные перила.
Здесь, наверху высотного дома, ветер был особенно сильным. Он швырял в лицо потоки ледяной воды, заливавшей глаза. Самсонову пришлось дважды вытереться рукавом, пока он поднялся на крышу. Она была плоской, как спортивная площадка.
Вокруг было только черное беззвездное небо. За пределами крыши город представлял собой скопление огней. Никаких форм или силуэтов – только светящиеся точки до самого горизонта.
Самсонов попытался представить, куда мог деться тот, за кем он гнался. Справа и слева виднелись телевизионные антенны и выходы вентиляционных шахт, похожие на домики без окон и дверей. Человек мог спрятаться за одной из них, но какой в этом смысл?
Самсонов двинулся вперед, держа пистолет наготове и стараясь не поскользнуться на мокром кровельном железе. Металл трещал и прогибался под ногами, дождь барабанил по нему с какой-то особенной яростью, словно пытаясь пробиться сквозь преграду. На антеннах трещали электрические разряды, иногда вспыхивая бело-голубыми искрами. От крыши поднимался пар, окутывавший ноги примерно до щиколоток. Под подошвами ботинок скрипели мелкие камешки, взявшиеся тут бог знает откуда.
Самсонов осторожно осмотрел первую вентиляционную шахту, затем вторую. За третьей снова никого не оказалось. Оставалась последняя. Человек мог быть только за ней.
