– Дай мне тоже какое-нибудь задание, как Коровину и Морозову.
– Дам, не волнуйся. Для компании таскать тебя с собой не буду.
Они вышли на стоянку и направились к автомобилям. Управление стояло в скверике, плотно заросшем кленами, дубами и платанами, а под самыми окнами – сиренью. Со всех сторон, кроме выходящей на проспект, управу окружали отстроенные в последние годы многоэтажки.
– Ну, и? – нетерпеливо поторопил Дремин.
– Съезди в детдом и узнай обо всех мальчиках, которые там воспитывались в то же время, что и убитые женщины. Особое внимание удели тем, у кого были проблемы с поведением, прозондируй на предмет раннего полового созревания и сексуальных… в общем, если кто приставал к девчонкам или вел себя агрессивно. Подобные сведения должны храниться в архивах.
Дремин кивнул. Он шагнул к своему «Фольксвагену», но Самсонов его остановил:
– Погоди, сделай еще кое-что. Когда составишь список, выясни, не получал ли кто-нибудь из этих мальчиков в детдоме или впоследствии травмы гениталий, не обращался ли в клинику с проблемой импотенции или не пытался ли сделать операцию по смене пола.
– Ты серьезно? – Брови Дремина слегка приподнялись.
Дремин уважительно покачал головой.
– Может, ты и прав. Звучит, по крайней мере, логично. Зачем тебе консультация психолога, если ты сам себе психиатр? – Усмехнувшись, он направился к машине. – До вечера, стало быть? – спросил он, прежде чем сесть в салон.
– До вечера. – Самсонов открыл дверь, забрался в «Олдсмобиль» и включил музыку. Пока он подбирал композицию, Дремин выехал со стоянки.
Старший лейтенант остановил свой выбор на «Solitary man» Джонни Кэша. Он открыл для себя этого исполнителя недавно и сразу включил во все плей-листы.
Самсонов завел мотор и взглянул в зеркало заднего вида. В нем отражалось лицо коротко стриженного блондина с серыми глазами и тяжелым, гладко выбритым подбородком. За последний год старший лейтенант набрал порядка пяти килограммов мышц, так что теперь его шея была толще, а плечи шире, чем раньше. Не то чтобы он просиживал целыми днями в качалке, просто занятия капоэйрой сопровождались непременными силовыми упражнениями, и Самсонов постепенно набирал массу.
Выезжая со стоянки, старший лейтенант вспомнил слова Дремина о том, зачем ему психолог. Самсонов не посещал Фридриха Николаевича уже несколько лет, а когда-то приходилось. После смерти сестры его мучили кошмары, случались даже провалы в памяти. Потом последние прекратились, но жутковатые сны он время от времени видел до сих пор.
