Автор
Дину одолевали неприятные симптомы уже с утра. Он чувствовал себя подавленным и неудовлетворенным, будто затащил на черную дорожку какой-то незримый человек или силой внушил сам себе бессмысленные мысли. Тем временем, за окном падала дурачная весна: сыро, мокро и мерзлое мутно блестящее. Воздух напоминал вчерашний навоз или грязные фермерские ботинки....
Снова вспомнился вечер, когда она очнулась под капельницей в клинике. Выходит, Ростоцкому пришлось укладывать ее на заднее сиденье, чтобы туда доставить?..
– Почему вы… ты привез меня в «Ясные дни» в тот день? – задала ему остро интересующий ее вопрос. – Почему просто не вызвал «скорую»? Так было бы проще…
– Чтобы тебя опять привезли в тот клоповник?
– Почему сразу клоповник? Вполне нормальная больница! Не всем же быть ВИП-клиентами в частных клиниках! Но спасибо за это… Спасибо, что не ушел и не оставил меня в таком состоянии.
– Это вообще нормально – падать в обмороки?
– Не знаю… – Дина вздохнула, пожимая плечами. – У меня ведь первая беременность.
– Это определенно радует.
– То, что я не повесила на тебя троих детей? – парировала она.
– И четверых тоже. А этот твой… отец ребенка… Чем вообще надо думать, чтобы с таким уродом связаться?
– Ну знаешь! – возмутилась Дина. – Не все же мужчины вешают на себя табличку «Я урод, который однажды тебя бросит и потопчется на твоей самооценке напоследок».
– Такие, как ты?
– Такие, как я, – согласилась она. – Мои родители – очень хорошие. Добрые, гостеприимные… Все знакомые их уважают. Но разве могут они конкурировать с теми, кто одним щелчком пальца способен разрулить почти любые проблемы и решить чьи-то материальные затруднения? Вот ты… Ты бы обратил внимание на свою Маргариту, если бы она не была дочерью своего отца?
– А сама как думаешь? – краем рта усмехнулся Демьян.
– Может, и обратил бы. Она красивая, не отрицаю. Но… красивых девушек много. Особенно в той сфере, где ты работаешь. Модели там всякие… Несложно найти, с кем провести время. А так, чтобы жениться, чтобы захотеть большего… вот так всерьез…
– Тебя бросили, а ты все еще веришь в «большое и чистое»? – снова усмешка. Дина сжала кулаки. Отвернулась к окну, за которым мелькали улицы города, сделала глубокий вдох.
– Нет. Больше не верю. Потому и считаю, что брак с Маргаритой Ринальди тебе выгоден из-за того, кто она. Вернее, ее отец. А вообще, это не мое дело!
– Вот именно.
– Ты со всеми такой грубиян или есть исключения?
– Хочешь оказаться в числе этих исключений?
– Спасибо, обойдусь.
Машина остановилась. Наконец-то приехали. Дина поспешила выйти, часто задышала, наклонив голову. Странно, раньше ее никогда не укачивало.
