Утро захолустного поместья было омрачено скандалом. Корнуэловы обеденные часы были обычным делом, но сегодня гром и молотьба переклинились на новом уровне. Я отложила книгу с неохотой и уставилась в страницу, не замечая тревоги брата по соседству.
Я до сих пор оставалась на отборе, потому что король так и не отпустил меня на шестом испытании… Разве он мог это сделать, если я открыла Грань на глазах у всех, и слухи об этом стремительно разбегались по всему королевству?!
Выходило, я снова вышла победительницей, поэтому мне придется принять участие в финале.
Но Брайн поклялся, что для меня это будет всего лишь формальностью.
На это Джеймс улыбнулся крайне скептически, заявив, что уже порядком слышал подобных клятв на своем веку, затем попытался вразумить своего кузена.
Последнее испытание, так последнее испытание — вот что я сказала Джеймсу, заявив, что нам осталось лишь запастись терпением. Ничего не изменится, вернее, моих чувств к нему уже не изменить, так что Брайн прав, это будет всего лишь формальность. Отбор скоро закончится, мы навсегда будем вместе, а королю придется сделать выбор из…
Я выпала, потому что любила Джеймса.
Для меня ответ был очевиден — нет никого лучшего для Брайна Стенвея и Арондела, чем принцесса Элиза, которая искренне любила короля и нашу страну.
Но Брайн до сих пор колебался и, по словам Джеймса, даже спрашивал у него совета.
Во-первых, не отпустил меня с отбора, а затем, несмотря на все уговоры, увещевания и призывы думать головой, король уперся и заявил, что финал пройдет именно там, где давно уже планировалось. И нет, он не изменит своего решения в угоду каких-то там обстоятельств или мятежников, почти всех из которых уже были пойманы!
Финал пройдет на королевском барке, на который Брайн приказал доставить — правда, на этот раз не Большое, потому что король справедливо опасался моего дара и того, что мы все провалимся в тартарары, — а Малое Сердце.
Брайн все еще надеялся, что древний артефакт поможет ему не ошибиться с выбором.
Присутствие кусочка древнего артефакта добавило мне тревог, несмотря на то, что мы уже выплыли в открытое море, и ни в какие тартарары проваливаться не собирались.
