Автор
В глухих крестных дорогах, мама цокала каблуками по мраморному полу, а бабушка не переставая рассказывает анекдоты про невест и женихов. Я злилась — Костя всегда опаздывал, но тот раз на свидании с цветами и в галстуку оставил след незабываемый. В этот раз он пришел с бутылкой пива — и снова опоздал....
"
"Видеть Женьку – наглую, слегка циничную, безупречно элегантную и непробиваемую Женьку вдруг такой, какой она была в последний раз лет в семнадцать, когда рыдала по своей последней первой любви, было неожиданно больно.
– Это было не мне кольцо… – она попыталась вытереть слезы и ответить спокойно, но на последнем слове сорвалась и разрыдалась в голос.
– Господи, а кому?!
Я придвинула поближе к ней свою чашку с кофе. Подумала и придвинула еще и ведерко с мороженым. Разве не для этого существуют эти слишком сладкие сладости с химическим вкусом? Утешать взрослых женщин, которых накрыло этой самой взрослой жизнью.
Но Женька помотала головой, утыкаясь в ладони. Лицо ее мгновенно покраснело, нос распух, а слезы с каждым рыданием брызгали маленькими фонтанчиками.
– Какой-то… эскортнице питерской. Он в нее давно влюблен был, оказывается. Но она не хотела за него замуж, хотела продолжать работать, говорила, что ей нравится. «Одной любви мало», так она говорила…
– И что изменилось?
– Помнишь наш разговор в «Сапсане»? Ты ему сказала, что женщины хотят все сразу.
– Оригинально, – вынуждена была признать я, но тут же осеклась. Раньше я бы ужаснулась такому, а теперь… – Она согласилась?
– Да!
– Блин… Иди ко мне… – я наклонилась, обнимая Женьку. – Ну что ты… У тебя не было шансов с ним, Жень. Никогда.
– Но я влюбила-а-а-а-ась! – прорыдала она, вытирая лицо о мое плечо и содрогаясь в моих объятьях.
– Видишь, по расчету выходит иногда так же хреново, – вздохнула я. – Ни денег, ни любви. Хочешь дам твой телефон той девчонке, которая с плетками? Хоть утешишься.
– Блин, Варька… – она отклонилась, чтобы посмотреть мне в лицо. – Ты так изменилась. Откуда у тебя этот черный юмор?
– От боли, Жень, юмор – он всегда от боли, – вздохнула я.
Я пока еще не решила, куда собираюсь бежать дальше. На Дальний Восток? На Ибицу – танцевать и пить, не думая ни о чем? В глухое Подмосковье – устроиться санитаркой в больницу, где вечно не хватает персонала и работать по двадцать часов в сутки, а спать в подсобке?
Где меня не найдут?
Где я сама себя не не найду?
Или – где я найду себя настоящую?
Женька так и уехала на работу с опухшими глазами и не выспавшаяся.
Задать одному человеку важный вопрос.
