Автор
В глухих крестных дорогах, мама цокала каблуками по мраморному полу, а бабушка не переставая рассказывает анекдоты про невест и женихов. Я злилась — Костя всегда опаздывал, но тот раз на свидании с цветами и в галстуку оставил след незабываемый. В этот раз он пришел с бутылкой пива — и снова опоздал....
Близость мужчины, чужого мужчины, чей запах, вкус, присутствие еще не стали родными и привычными, будоражила что-то внутри.
Прежде чем Костя поцеловал меня в первый раз, мы часами гуляли и разговаривали, узнавали друг друга, и когда это случилось, я уже знала его. И немножко любила.
– Не переводи тему, – сказал Кирилл. – Ты получила, что хотела, но этого оказалось недостаточно. Что я могу еще сделать, чтобы твой брак стал счастливым?
– Серьезно? Ты серьезно спрашиваешь?
– Абсолютно серьезно. Все, что захочешь.
"Надо было, наверное, сказать про Юльчика. И других – наверняка там есть другие. Но мой взгляд упал на столик рядом с диваном, на котором стояла тарелка с очистками и косточкой манго.
– Отдай мне косточку, – попросила я.
– Что? – удивился он. Проследил за моим взглядом и потянулся к тарелке. Тщательно осмотрел косточку со всех сторон, будто пытался найти какой-то секрет. – Зачем?
– Выращу из нее маленькое манго, – объяснила я. – Вдруг получится?
– Варвара… – Кирилл смотрел то на меня, то на косточку.
– Я вырастила авокадо однажды. Знаешь, как сложно было? Просто в землю нельзя закопать, сначала надо проткнуть зубочистками и положить на стакан с водой, чтобы косточка погрузилась в нее наполовину. Потом ждать, прорастет или нет. У меня долго ни одна не прорастала, пока я не прочитала, что надо вынимать ее аккуратно, чтобы не повредить. Я пошла купила спелый авокадо, выколупывала из него косточку чуть ли не аккуратнее, чем археологи египетские брошки откапывают. Боялась на нее дышать! Каждое утро меняла воду, пока она не выпустила корешок… А он взял и засох!
Я вспомнила, как надеялась, что он еще оживет, и почти плакала, когда выбрасывала проросшую косточку в мусор.
Кирилл слушал молча, все еще держа в руках тарелку. Но уже куда аккуратнее.
– Начала все с начала! Вынимала – черт с ним, с самим авокадо, я их даже не люблю – проращивала, потом пересаживала в горшок. Оказалось – почва не та! Костя отдал старый из-под фиалок, там кислотность была неподходящая.
– Вырастила? – спросил Кирилл.
– Вырастила! Пять сантиметров!
– А потом?
– А потом была свадьба… – сникла я. – Когда Костя возвращал мои вещи, про авокадо он не вспомнил. И не поливает его, наверное.
– Позвонить и попросить вернуть? – озадачился Кирилл.
– Не хочу я с ним разговаривать!
– Варвара… – Кирилл коснулся пальцами моих волос, провел по ним, разделяя на пряди. – Трепетная ты птичка.
