Автор
Маринка, оставаясь одна с двумя двухгодовалыми детьми, показывает неподдельный оптимизм и силу характера. Ее дети, веселые кудрявые мальчик и девочка, становятся центром ее бытия. Однако отчества они получили необычные — Арсений и Варвара, что создает еще больше шумихи вокруг этой счастливой семье в дружном подмосковном городке....
Я постоянно их сравнивал, вспоминая свои титанические усилия в течение того периода, когда был вынужден проживать на одной территории с бывшей-нынешней женой. Скажи мне кто в конце прошлого года, что жизнь таким макаром извернется, я бы ни за что не поверил!
Возвращение в мою жизнь Марго вместе с ребенком, сумасшедшие приключения с Дашей и, наконец, зарождение наших чувств. Мне так хотелось всего и сразу, но я убеждал себя, что надо радоваться одному лишь тому, что Даша рядом и у меня есть шанс приблизиться к ней и завоевать ее сердце.
— Явился — не запылился, — в кухню вошла мама в домашнем светлом спортивном костюме и с недовольным лицом. Бросила взгляд на Дашу, демонстративно поморщилась, перевела его на меня и вопросительно приподняла бровь, намекая, что неплохо бы представить мне сидящую за столом незнакомку. Быстро встав из-за стола, я неосознанно прикрыл Дашу собой и смело встретил грозный взор родительницы. Чай, не мальчик. Ей меня не запугать.
— Не нужно скандалов, мам. Ситуация и так непростая, поэтому давай не будем усложнять. Это Даша, Данькина няня и…
Мама не дала закончить, громко фыркнув:
— Няня! Мать шляется неизвестно где! Отец — трудоголик! Конечно, вы наняли няню, но прежде нужно было позвонить матери и отцу! Не находишь? Почему я все узнаю от Марго? Почему она в отъезде, режет себя вдоль и поперек? А как же ребенок, Глеб? — Мать заметно начало колотить, и тут до меня дошло, что в своем нежелании соприкасаться с ней в сложный для себя период жизни больно обидел, заставил нервничать, волноваться и недоумевать.
"Совесть взыграла, и я подумал, что наступил момент, когда неплохо бы, наконец, примириться с близкими. Бывает же так, что со временем резкие черты характера сглаживаются, люди становятся добрее и более понимающими. Вдруг у нашей семьи появился такой шанс? Вдруг мое заветное желание исполнится? Как бы я ни отрицал, что наивные желания мальчишки несвойственны взрослому мужчине, все равно в глубине души желал одобрения матери и отца.
На душе потеплело, и странно запершило в горле. Не хватало тут расчувствоваться до слез. Необходимо было срочно переключиться.
— А где Данька? Уснул? — спросил я, заваривая маме кофе в турке, как она любила. Еще больше задобрить вдруг подобревшую родственницу не помешает. Мимоходом обернулся к Даше и спросил: — Даш, а ты кофе хочешь?
И тут в Светлане Георгиевне проснулся следователь.
