Автор
Маринка, оставаясь одна с двумя двухгодовалыми детьми, показывает неподдельный оптимизм и силу характера. Ее дети, веселые кудрявые мальчик и девочка, становятся центром ее бытия. Однако отчества они получили необычные — Арсений и Варвара, что создает еще больше шумихи вокруг этой счастливой семье в дружном подмосковном городке....
Как же поступить? Неужели мне придется выбирать между ребенком и любимой женщиной?
В сердце кольнуло, когда осознал, что во время внутреннего монолога назвал Дашу два раза любимой. Как так вышло, что закоренелый холостяк за пару-тройку недель обзавелся сыном и желанной женщиной? А она все это время ходила где-то мимо меня в офисе, я знать о ней не знал, не замечал и, возможно, никогда бы не заметил.
Нас свела сама судьба. Улыбнулся собственным сентиментальным мыслям и опять улегся на постель, не переставая смотреть на спящих родных людей и всеми силами желать, чтобы ничто нас не разлучило.
Глава 31. Босс отдает долги
Спустя две недели
В течение последних двух недель в нашем доме царила практически семейная идиллия. Мне и в голову не могло прийти, что можно так быстро к кому-то привыкнуть и навсегда впустить в сердце. Оказалось — можно. Уже не представлял жизнь без Даши и Даньки.
А вот без вездесущей суетливой маман — очень даже. Выйдя с утра на кухню, застал презанятную картину.
Размяк я, еще как размяк. Стал спокойным и домашним. Гулянки ушли куда-то в прошлое, одноразовые женщины — тоже. Сейчас весь мой мир сосредоточился на семье.
Вроде и мама с Дашей нашли общий язык. Так увлеченно лепили пирожки. Правда, через минуту пришло понимание, что про дружбу я погорячился с оценкой…
— Дорогая, ты кладешь слишком много начинки, — проворчала мама.
— Дело в том, что меня учили иначе, чтобы не было много теста.
— Не знаю, где и как тебя учили, но тогда не хватит начинки.
— Так я еще сейчас быстренько сделаю, Светлана Георгиевна."
"— Девочки, не ссорьтесь, — поспешил предотвратить военный конфликт, подходя к ним с широкой улыбкой, протягивая руку к первой партии пирожков, как раз доставаемых мамой из духовки.
— Эй, руки прочь! — грозно скомандовала эта суровая женщина-командор.
— Обожжешься же, Глеб, — ласково предупредила Даша, и на сердце, как обычно, потеплело.
